воскресенье, 28 июня 2015 г.

ФАБЕРЖЕ В ЦЕНТРЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ЗАГОВОРА. ЧАСТЬ I

ФАБЕРЖЕ В ЦЕНТРЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ЗАГОВОРА. ЧАСТЬ I

Скандал, разгоревшийся вокруг императорского яйца-часов Фаберже «Букет желтых лилий», который привел в 2008 году к судебному разбирательству в Королевском суде Лондона, известному как «Kamidian V Holt on behalf of certain underwriters at Lloyd's» («Камидиан против Холта, выступающего в интересах «Lloyd’s», и других»), дал уникальную возможность раскрыть западную монопольную систему взаимосвязей между аукционными домами, экспертами по искусству и страховыми компаниями, которая сложилась в сфере антикварного бизнеса по продаже значимых работ фирмы Фаберже и других произведений русского искусства. Такая система позволяет контролировать арт-рынок в Европе и США, манипулировать им путем дезинформации в отношении подлинности различных произведений русского искусства, что наносит ущерб культурному наследию России и ставит само его существование под угрозу.

Эта статья позволит приподнять завесу тайн, скрывающую закулисные интриги, которые длятся не одно десятилетие и создали целый комплекс предубеждений в отношении русского искусства. Торговля произведениями фирмы Фаберже в данном случае – не более чем верхушка айсберга. В статье рассматривается история императорского яйца-часов «Букет желтых лилий» и других важнейших произведений фирмы Фаберже почти а 40-летний период проведения различных аукционов и выставок.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Уникальная база данных произведений фирмы Фаберже

В период застоя в СССР декоративное и прикладное искусство придворных ювелиров императорской России, как правило, не освещалось и в принципе игнорировалось. Ситуация того времени никоим образом не стимулировала российских искусствоведов и музейных хранителей к обогащению их знаний о Фаберже и других российских фирмах – поставщиках Императорского двора. Поэтому первую скрипку стали играть западные эксперты в области искусства, которые публиковали книги и статьи о творчестве Карла Фаберже, причем зачастую на основе неверной информации. В конце XX века две важнейшие выставки дали толчок существенным изменениям в области изучения творчества Фаберже: «Великий Фаберже – искусство ювелиров придворной фирмы» (первая в СССР выставка, посвященная Фаберже), прошедшая в Елагинском дворце в Ленинграде в 1989 году, и «Блестящая эпоха Фаберже», посвященная 150-летию Дома Фаберже1 (состоялась в 1992 году в Екатерининском дворце в Царском Селе).

Российский исследователь творчества Карла Фаберже Валентин Скурлов участвовал в подготовке обеих выставок. На выставке 1992 года в Санкт-Петербурге он встретился с правнучкой Карла Фаберже – Татьяной Фаберже, которая является продолжателем ювелирных традиций фирмы Фаберже и хранителем Архива семьи Фаберже. С этого момента началось их научное сотрудничество. Валентин Скурлов был одним из первых исследователей, имевших доступ к секретным советским архивам, а благодаря Татьяне Фаберже он также получил доступ и к семейным архивам Фаберже, из которых были получены документы для создания уникальной базы данных по произведениям фирмы Фаберже (на основе инвентарных номеров, архивных документов, счетов на оплату и иной подтверждающей информации). Валентин Скурлов разгадал алгоритмы формирования инвентарных номеров, присваиваемых произведениям фирмы Фаберже. Теперь он мог установить точный год и место производства в отношении тех произведений, датировка которых до сего времени не была доподлинно известна.

Исследования Татьяны Фаберже и Валентина Скурлова позволили опубликовать более сотни статей и серию из двенадцати книг, среди которых новаторская работа «Императорские пасхальные яйца Фаберже» (публикация «Christie's», 1997 г.), где впервые представлен каталог императорских пасхальных яиц Фаберже с комментариями на основе архивных материалов, а также недавно вышедший фундаментальный труд «Фаберже: полный справочник» (Faberge a Comprehensive Reference Book, 2012), в котором собраны результаты их исследований за последние 20 лет.

Однако новые открытия и атрибуции произведений фирмы Фаберже по-прежнему вызывают живой интерес коллекционеров и любителей искусства и порождают сенсации в их среде, что побуждает различных «экспертов» публиковать информацию, якобы подтверждающую или опровергающую подлинность некоторых произведений, продаваемых на аукционах или в частном порядке.

Для того чтобы лучше понять мир аукционов, посвященных искусству фирмы Фаберже, и суть судебного процесса 2008 года, необходимо сначала рассмотреть некоторые любопытные случаи, касающиеся наиболее изысканных произведений – цветочных композиций и императорских пасхальных яиц. Благодаря своему великолепному дизайну и большой художественной ценности цветочные композиции и императорские пасхальные яйца всегда занимали особое место в ряду работ Фаберже. Яйцо-часы «Букет желтых лилий» (1893 г.) и яйцо «Корзинка полевых цветов» (1901 г.) являются примерами таких произведений, в которых соединились эти оба вида — это императорские пасхальные яйца, украшенные цветочными композициями.


Аукционные дома, эксперты и цветочные композиции фирмы Фаберже

Цветочные композиции фирмы Фаберже впервые были представлены широкой общественности на Всемирной выставке 1900 года в Париже, хотя их производство было начато задолго до этого. Такие произведения искусства как брошь «Стилизованные цветы» (1893 г.), уже упоминавшееся яйцо-часы «Букет желтых лилий» (1893 г.) и императорское яйцо «Корзинка ландышей» (1896 г.) являются предшественниками тех цветочных композиций, слава о которых прогремела на весь мир во время этой грандиозной выставки. К сожалению, из-за своей хрупкости только небольшое число таких композиций дошло до наших дней. Однако и сегодня «цветы от Фаберже» часто (и в поражающих воображение количествах) появляются на специализированных аукционах и в известных антикварных магазинах, предоставляя экспертам широкие возможности объявлять, какие из них являются подлинными, а какие нет, руководствуясь лишь своей личной выгодой.

В 1976 году лондонский аукционный дом «Christie's» выставил на продажу ряд произведений Фаберже из знаменитой коллекции Роберта Стросса (Robert Strauss). Эта коллекция тщательно формировалась в течение многих лет и состояла из работ, купленных в специализированных магазинах и на аукционах, посвященных искусству Фаберже. Особое место на аукционных торгах было отведено девяти цветочным композициям. Они были представлены как лоты под номерами с 50 по 58. Лоты 52 и 58 представляли собой изображения цветов в вазочках из горного хрусталя, обрамленных эмалированными ободками из красных и белых полосок. Лот 52 «Вазочка с анемонами» был оценен в 10-15 тысяч фунтов стерлингов, продан за 19 тысяч. Лот 58 «Вазочка с земляникой» был оценен в 10-20 тысяч фунтов стерлингов, продан за 36 тысяч2. Во время продажи в роли аукционного эксперта выступал Геза фон Габсбург (Geza von Habsburg). В своем описании этих лотов как произведений Фаберже в аукционном каталоге Габсбург ссылается на статью «The Art of Faberge», написанную его наставником3 Кеннетом Сноумэном (Kenneth Snowman, 1919-2002 гг.), владельцем лондонского магазина антиквариата «Wartski», который на протяжении многих лет поставлял произведения Фаберже ко двору Британской королевской семьи.

Несколько месяцев спустя, в 1977 году, г-н Габсбург неожиданно поменял свое мнение и начал рассматривать цветочные композиции, аналогичные лотам 52 и 58, как подделки, или, по его словам, «произведения в стиле Фаберже»4, утверждая, что настоящие «цветы Фаберже всегда были только на одном стебле»5. К сожалению, Габсбург не упомянул, что привело его к столь спорному заключению.

В одной из своих более поздних статей он, помимо прочего, описал «Вазочку с земляникой» как явный пример подделки6! Однако забыл упомянуть о том, что сам лично подтвердил подлинность данного произведения при продаже на аукционе, а также является автором ряда книг и статей, в которых восхищается элегантностью подобных произведений и подает их как пример истинного качества и подлинности.

Еще один приводящий в недоумение случай произошел в 1993 году в Нью-Йорке на тематическом аукционе «Фаберже и русское искусство – раритеты и пресс-папье». И снова на продажу было выставлено много цветочных изображений. Некоторые из них были описаны в аукционном каталоге как «возможно Фаберже», «вероятно Фаберже» или просто «Фаберже». Те, которые были помечены как «возможно Фаберже» или «вероятно Фаберже», были проданы дороже оценки:

● лот 605 «Ветвь остролиста» оценивался в 8-12 тысяч долларов, продан за 16 тысяч;
● лот 606 «Букет незабудок» оценивался в 8-12 тысяч долларов, продан за 22 тысячи;
● лот 632 «Васильки» оценивался в 3-4 тысячи долларов, продан за 16 тысяч;
● лот 633 «Яблоневый цвет» оценивался в 3-5 тысяч долларов, продан за 16 тысяч.

В описаниях первых двух лотов не было ссылок на известных авторов, вот почему они были описаны как «вероятно Фаберже». Однако место и время – Санкт-Петербург, примерно 1900 год – были указаны для всех произведений из этого раздела каталога. В районе 1900 года фирма Фаберже была единственной в Санкт-Петербурге, которая производила цветочные композиции такого рода, и никакая иная фирма таких произведений не делала.

Итак, какова же разница между «вероятно Фаберже», «возможно Фаберже» и «Фаберже», если в аукционном каталоге все произведения описаны как сделанные в Санкт-Петербурге в районе 1900 года? Еще более важный вопрос: почему эксперты «Sotheby's» не смогли выяснить различие между подлинными произведениями и подделкой? Неверные и путаные постулаты аукционных «экспертов» подпитывают непрекращающийся «психоз подделок» Фаберже, который, безусловно, играет на руку тем, кто контролирует рынок искусства Фаберже. Как говорилось выше, подлинные цветочные композиции Фаберже чрезвычайно редки и в настоящее время продаются в известных специализированных магазинах по цене свыше 500 тысяч долларов, а иногда и более миллиона долларов.

На этом же аукционе «Sotheby's» произошел еще один занятный случай. В первом разделе аукционного каталога, в котором представлены произведения без упоминания фирмы Фаберже, была размещена цветочная композиция под лотом 136, описанная как «Полевые цветы из золота и поделочного камня» (оценена в 1200-1800 долларов, а продана за 3250 долларов). Но вот, что странно: через несколько лет, в 1996 году, это произведение появилось на выставке Гезы фон Габсбурга «Фаберже в Америке» как «Полевые цветы в горшочке из горного хрусталя», при этом в официальном каталоге выставки он описывает его как одну из редких подлинных цветочных композиций Фаберже, любезно одолженную антикварным магазином «A la Vieille Russie» в Нью-Йорке. А вот что удивляет (и запутывает дело) еще более: в каталоге выставки «Faberge Revealed» 2011 года Габсбург уже характеризует произведения, аналогичные по техническому исполнению и описанию «Полевым цветам в горшочке из горного хрусталя», как очевидные примеры подделок, изготовленных в 40-х годах XX века7. Он пишет:

«Подделки произведений Фаберже начались уже при жизни Карла Фаберже...Уже во время проведения Всемирной выставки 1900 года в Париже показанные им [Фаберже] там цветы породили свое явное копирование в Германии». Эти выводы были сделаны Габсбургом на основе мемуаров Франца Бирбаума — главного художника фирмы, в которых сказано: «Когда впервые эмалевые цветы были выставлены на Парижской выставке 1900 года, они тотчас же были скопированы немецкими и австрийскими фабрикантами и появились на рынке в дешевых изданиях, в которых эмали были заменены лаками, а вазочки горного хрусталя — стеклом».

В действительности, производство такого рода дешевой массовой продукции было весьма легко распознаваемым и не претендовало на произведение искусства, и ни в ком случае не могло быть принято за работу фирмы Фаберже!

Также в своей статье в каталоге выставки «Faberge Revealed» Габсбург, ссылаясь на опасения, которые появились у Бейнбриджа в 1949 году, заявляет: «Цветочные композиции, которые были приобретены английской королевской семьей после 1940-х годов и позже, хотя наверняка подлинные, но должны быть, по крайней мере, изучены».

Такое заявление, несмотря на расплывчатость, указывает на то, что «наверняка подлинные», на самом деле «не такие уж и подлинные», и является весьма компрометирующим, поскольку эти покупки, как правило, производились в очень тесном кругу «экспертов-специалистов по Фаберже».

Королевская коллекция произведений Карла Фаберже, а в особенности цветочные композиции, на протяжении многих десятилетий считались Габсбургом и другими «экспертами» эталоном качества, изящества и подлинности. На этих примерах можно увидеть присущие Габсбургу склонность менять свое мнение на противоположное и способность манипулировать информацией, вырывая цитаты из контекста, для обращения их в свою пользу и оправдания своих неуместных высказываний в роли куратора выставок, автора многочисленных статьей и «ведущего эксперта по Фаберже», у которого, однако, множество серьезных проколов в экспертизе значимых произведений фирмы, в том числе и с прославленными императорскими пасхальными яйцами.

Такое шарлатанство Габсбурга и других «экспертов», через которых контролируется арт-рынок русского искусства на Западе, неизбежно ведет к тому, что у общественности возрастают сомнения в отношении подлинности произведений русского искусства, шедевры ассоциируются с подделками, что наносит урон России, как в культурном, так в политическом и экономическом плане. Когда редкие подлинные цветочные композиции от Фаберже все же появляются на международных аукционах, они зачастую теряются в океане подделок, вызывают недоверие и опасение у потенциальных покупателей.

Представьте ситуацию, когда произведениям присваиваются нечеткие определения, например, «возможно» или «вероятно Фаберже» или когда такие «эксперты» как Габсбург постоянно меняют свое мнение. Это приводит нас к необходимости поставить простой, но чрезвычайно важный вопрос: какова же в сущности роль таких «экспертов»? Подобные случаи и вышеупомянутая продажа на «Christie's» добавляют недоверие и непонимание не только в отношении цветочных композиций, но также и знаменитых императорских пасхальных яиц.


Яйцо Фаберже «Корзинка полевых цветов»

14 июля 2011 года в Художественном музее Вирджинии Габсбург прочел лекцию «Карл Фаберже и российская императорская семья»8, приуроченную к выставке «Faberge Revealed». Описывая знаменитое императорское пасхальное яйцо 1901 года «Корзинка полевых цветов», он сказал (цитата):

«Оно принадлежит английской королеве, и никто не знает, кто его сделал. Она думала (или кто-то сказал ей об этом), что оно было изготовлено Бушероном. Оно было у меня на моей мюнхенской выставке. Я проанализировал информацию о нем и убедился, что оно не от Бушерона. А вскоре после этого было выявлено, что оно было (…) на единственной выставке, которая была у Фаберже в России в 1902 году (…) таким образом, мы смогли подтвердить, что оно было сделано Фаберже».

О чем он не упомянул, так это о том, что данное императорское пасхальное яйцо было описано как изделие фирмы Фаберже еще Бейнбриджем (Bainbridge) в его классической работе 1949 года по творчеству Фаберже, а вот наставник Габсбурга (и поставщик произведений Фаберже королеве Великобритании) Кеннет Сноумэн в своей публикации 1953 года «Искусство Карла Фаберже» безо всяких объяснений объявил, что оно было изготовлено французским ювелиром Бушероном (Boucheron). Сам Габсбург долгое время относил «Корзинку полевых цветов» к произведениям Бушерона и называл ее интересным примером того влияния, которое пасхальные яйца Фаберже оказали на других ювелиров9. И лишь гораздо позже, в 1986 году, в каталоге выставки «Faberge» он описал «Корзинку полевых цветов» как «уникальную работу», которая «сегодня должна быть отнесена к произведениям Фаберже»10. Несмотря на это, в каталоге изображение этого шедевра Габсбург поместил не в разделе, отведенном пасхальным яйцам Фаберже, а между разделами «Конкуренты Фаберже» и «Иностранные конкуренты», дабы привлекать меньше внимания к этому произведению и своей очередной перемене мнения. В том же самом каталоге он утверждает, что «техническое совершенство его [Фаберже] работы сразу становится очевидным».

Это заставляет нас гадать, почему же на признание столь очевидной подлинности великолепного императорского пасхального яйца Габсбургу и другим «ведущим экспертам» понадобилось так много времени. А настоящее доказательство того, что «Корзинка полевых цветов» действительно выполнена фирмой Фаберже, было предоставлено Валентином Скурловым, когда в 1993 году в Российском государственном историческом архиве (РГИА) он обнаружил оригинал счета на оплату и фотографию с выставки Фаберже 1902 года.

От яйца «Ночного» к яйцу «Сумеречному»

Еще один сомнительный аукцион произведений Фаберже, в котором те же самые «эксперты» сыграли свою противоречивую роль, связан с яйцом 1917 года из ляпис-лазури. Впервые это яйцо было продано как императорское яйцо Фаберже «Ночное» на аукционе «Christie's» в Женеве 10 ноября 1976 года. Габсбург также был экспертом при этой продаже. Описание яйца в каталоге гласило, что это было важнейшее произведение фирмы Карла Фаберже, а его изготовление приписывалось мастеру Хенрику Вигстрему (HW). В описании были также упомянуты имена г-на Бейнбриджа (сотрудника лондонского филиала фирмы Фаберже) и Евгения Фаберже (старшего сына Карла Фаберже), что добавило потенциальным покупателям доверия к данному лоту. Далее в каталоге Габсбург пишет:

«Г-н Кеннет Сноумэн из «Wartski» (Лондон) выразил свое пожелание, чтобы это последнее императорское пасхальное яйцо Фаберже было предоставлено для выставки Фаберже, которая должна была состояться в период с 23 июля по 25 сентября 1977 года в Музее Виктории и Альберта, как пара для первого яйца 1884 года, изготовленного для Александра III».

Упоминание этой монументальной выставки Фаберже 1977 года в Музее Виктории и Альберта в описании данного яйца привлекало покупателей и одновременно предполагало то, что яйцо подлинное. Этот лот был продан за 100 тысяч швейцарских франков некоему дилеру из Цюриха, выступавшего в роли посредника. Несколько месяцев спустя яйцо действительно появилось на первой международной выставке работ Фаберже в Музее Виктории и Альберта в Лондоне, приуроченной к серебряному юбилею правления Ее величества королевы Елизаветы II. Кеннет Сноумэн участвовал в организации выставки и был ее куратором. Почему-то в написанном им каталоге это яйцо поменяло свое название с «Ночного» на «Сумеречное», а также, описывая яйцо, Сноумэн утверждал, что качество подобранных драгоценных камней, их огранка и гравировка лазуритовых панелей яйца не соответствовали качеству мастеров Фаберже:

«Нет никаких свидетельств того, что яйца 1917 года когда-либо были завершены, а нехарактерные драгоценные камни, закрепленные в тяжелых зубчатых кастах, гравированные панели и клейма могли представлять собой более поздние добавления к корпусу из ляпис-лазури со звездами и датой. Лунные камни, обычно в огранке «кабошон», имеют особое значение в конкретном контексте и вполне могли рассматриваться Фаберже как вариант, но в этом случае, как можно предположить, они были бы заделаны заподлицо с корпусом яйца, как этого требовали обычаи фирмы».

В своем описании Сноумэн также ссылается на книгу Бейнбриджа, основанную на его беседах с Евгением Фаберже. По утверждению Бейнбриджа, Евгений Фаберже помнил, что одно из двух императорских пасхальных яиц 1917 года было сделано из карельской березы. Эту цитату Сноумэн использовал для того, чтобы предположить, что другое яйцо 1917 года могло быть яйцом «Сумеречное». В конце своего описания яйца Сноумэн добавляет:

«Несмотря на то, что на яйце были выбиты инициалы HW, на самом деле, гораздо более вероятно то, что оно является продукцией ювелирной мастерской Хольмстрема, что, безусловно, верно и для случая с другим, более богатым яйцом Фаберже «Мозаичное» 1916 года, на котором, что достаточно любопытно, также имеется неубедительная подпись».

Кажется, Сноумэн пытался повысить степень подлинности яйца, приписав его мастеру Фаберже Хольмстрему, который выполнил императорское яйцо «Мозаичное» (1914, а не 1916 года, как утверждает Сноумэн), а не Хенрику Вигстрему (HW). После смерти Михаила Перхина (мастера фирмы Фаберже) в 1903 году большинство пасхальных яиц производились в мастерской его ученика Хенрика Вигстрема, поэтому мы можем лишь гадать, что именно заставило Сноумэна думать, что яйцо «Сумеречное» было клеймено неверными инициалами.

Таким образом, хотя соображения о подлинности яйца «Сумеречное» были представлены Сноумэном в аукционном каталоге «Christie's», его подробное описание в каталоге выставки показывает, что данное яйцо в лучшем случае подозрительное. Несмотря на явные противоречия в отношении яйца «Сумеречное», выставка, посвященная юбилею королевы, имела грандиозный успех. В настоящее время, благодаря базе данных Валентина Скурлова, все императорские пасхальные яйца 1917 года известны и в совершенстве задокументированы. Яйцо «Сумеречное» не входит в список императорских яиц Фаберже. Будучи однажды описанным Сноумэном как «последнее императорское пасхальное яйцо Фаберже», яйцо «Сумеречное» 1917 года после той знаменательной выставки больше никогда и нигде не появлялось и не упоминалось.

Такие противоречивые события, как вышеописанные, обычно не освещаются, чтобы избежать больших скандалов. Аукционные дома заинтересованы в неразглашении такой информации, поскольку ошибки экспертов влияют как на репутацию аукционных домов, так и людей, которые им доверяют и приобретают у них произведения искусства.

Если бы такие дела были разоблачены, это могло бы дать толчок судебным процессам против аукционных домов. Однако, когда ситуации подобного рода все же происходят и необходимо компенсировать ущерб, ни аукционные дома, ни эксперты не несут ответственности, поскольку они в обязательном порядке страхуются против «профессиональных ошибок», и бремя по выплате компенсации ложится на страховые компании, которые, в свою очередь, при помощи аукционных домов и экспертов пытаются всеми способами найти лазейки, чтобы уйти от обязательств по выплате страхового возмещения. Одним из показательных примеров является случай, произошедший с одним из коллекционеров произведений Фаберже - Эскандером Арье (Eskander Aryeh).

Случай Арье – поддельное яйцо «Конная статуя Николая II»

В ноябре 1977 года еще одно яйцо было выставлено на продажу на женевском аукционе «Christie's» «Важнейшие произведения русского искусства». Аукционный эксперт Габсбург описал его как императорское пасхальное яйцо «Конная статуя Николая II» — подарок царю Николаю II от супруги Александры Федоровны на пасху 1913 года в ознаменование 300-летия Дома Романовых, работу мастера Виктора Аарне из фирмы Карла Фаберже. Габсбург не был единственным экспертом, убежденным в подлинности яйца.

Вот как описывает это яйцо Сноумэн в своей книге 1953 года «Искусство Карла Фаберже»: «Это яйцо уникально не только потому, что было подарено царицей своему супругу, но и благодаря тому, что оно было произведено в мастерской Виктора Аарне».

Однако известно, что Виктор Аарне переехал в Финляндию в 1904 году, за девять лет до того, как «Конная статуя Николая II» появилась на свет. Оценочная стоимость в аукционном каталоге не упомянута. Зачастую цены на очень дорогостоящие произведения объявляются только по особому запросу. Это позволяет аукционному дому определять свою политику продаж в соответствии со степенью проявленного к лоту интереса. Появление такой редкости, как яйцо Фаберже, на аукционе всегда вызывает живой интерес в среде коллекционеров, музейных хранителей и любителей искусства. Задолго до аукциона «Christie's» уже широко рекламировал выставленный на продажу лот. Интересно, что медиа-магнат и коллекционер произведений фирмы Фаберже Малькольм Форбс не проявил никакого интереса к этому яйцу, хотя в то время он стремился опередить Оружейную палату Кремля по количеству императорских пасхальных яиц и сделать свою коллекцию крупнейшей в мире.

«Конная статуя Николая II» была продана за 550 тысяч швейцарских франков (250 тысяч американских долларов11) Эскандеру Арье, в чьей коллекции произведений Фаберже не хватало императорского пасхального яйца. Когда г-н Арье приехал в Женеву для того, чтобы забрать свою долгожданную покупку (на аукционе его представляла живущая в Швейцарии сестра) и впервые увидел произведение своими собственными глазами, он отказался платить, утверждая, что работа не соответствовала качеству фирмы Фаберже и, по его мнению, являлась подделкой. Арье заявил: «Фаберже сделал очень немного императорских яиц, и все они являются шедеврами. То, что я увидел в Швейцарии – это барахло (junk)».

Эксперт аукционного дома «Christie's» Габсбург и другие помогавшие ему эксперты пытались убедить г-на Арье и настаивали на том, что яйцо подлинное12. Сперва Арье отказался оплачивать покупку, но по прошествии нескольких месяцев пререканий аукционный дом «Christie's» подал на него в суд с требованием оплаты. После того, как аукционный дом представил подтверждение подлинности от эксперта Кеннета Сноумэна, суд обязал г-на Арье уплатить 250 тысяч долларов плюс судебные издержки в размере 200 тысяч долларов. В одном из документов дела, датированном 15 декабря 1977 года, Кеннет Сноумэн заявлял: «Я без колебаний утверждаю, что это без сомнения подлинная работа Фаберже»13.

В июне 1985 года г-н Арье решил выставить это яйцо на продажу на аукционе «Christie's» в Нью-Йорке. За две недели до проведения аукциона президент «Christie's» Кристофер Бердж проинформировал Арье, что аукционный дом продавать яйцо не будет. В «Christie's» пояснили, что два эксперта, а именно Кеннет Сноумэн (!) и Питер Шаффер (Peter Schaffer), владелец нью-йоркского магазина «A la Vieille Russie», опротестовали описание этого яйца как произведение Фаберже и заявили, что это подделка. Сноумэн переменил свое мнение и более не подтверждает подлинности яйца. Тогда Арье потребовал от аукционного дома возврата денег, которые он уплатил при покупке яйца. Аукционный дом «Christie's» отказался платить, г-н Арье подал иск против аукционного дома и потребовал 10 миллионов долларов за нанесение ущерба его профессиональной репутации, 20 миллионов долларов штрафных санкций и 7 миллионов долларов, которые, как он сказал, он бы приобрел, будь его произведение подлинным14.

К сожалению, г-н Арье не дожил до возмещения морального ущерба и урона, нанесенного его профессиональной репутации. Компенсация была получена его семьей. «Christie's» и наследники Арье подписали соглашение о неразглашении суммы возмещения. Официальные представители
«Christie's» заявили, что их аукционный дом стал жертвой ошибки в суждении независимого эксперта: «Мы просто-напросто попали под действие таких мнений. Кеннет Сноумэн является ведущим авторитетом по Фаберже». Сноумэн же прокомментировал эту ситуацию так: «Я полагаю, каждый может поменять свое мнение»15. Но пока вышеописанные случаи показывают, что аукционные дома не столь являются «жертвами», сколь тесно связаны с небольшой группой «экспертов», которые склонны менять свое мнение.

Страховые компании, и в частности «Lloyd’s», прикрываемые и защищаемые мощнейшими адвокатскими конторами, с которыми установлены «особые» отношения, гордятся тем, что никогда не проигрывают судебных процессов. Правда, в некоторых очень редких случаях после официальной победы «Lloyd’s» все-таки им приходится находить компромисс и выплачивать компенсацию за ущерб, но тогда заключаются соглашения о конфиденциальности и неразглашения суммы сделки. Получается, что официально «Lloyd’s» никогда не проигрывает!

После того, как открылось, что имела место грубейшая ошибка экспертизы, а яйцо на самом деле являлось подделкой, сотрудничество «Christie's» и Габсбурга, который был аукционным экспертом на начальной стадии продажи данного яйца, прекратилось. Впоследствии Габсбург упомянул этот случай в статье 1994 года о подделках Фаберже:

«Будучи снова предложенным на продажу на аукционе в Нью-Йорке в 1985 году, яйцо «Конная статуя Николая II» вызвало небольшое волнение, и его пришлось снять с торгов на фоне конфликта мнений и ловкого отыгрывания назад со стороны экспертов»

Он, правда, «забыл» упомянуть, что «небольшое волнение» привело к иску на сумму 37 миллионов долларов, а в число упомянутых им «экспертов» входили он сам, его учитель Кеннет Сноумэн и Питер Шаффер.


«Открытие» яйца «Ампир»

Те же самые имена появились еще в одном сомнительном деле, начавшемся в 2000 году после распространения слухов о давно потерянном императорском яйце «Ампир» из нефрита (1902 года) фирмы Фаберже, которое якобы было найдено. Один из «первооткрывателей» – работающий в области антиквариата дилер – Александр фон Солодков выпустил книгу, специально посвященную открытию этого яйца16 (Солодков ранее опубликовал еще несколько книг по Фаберже, многие из которых были написаны совместно с Габсбургом). Во введении Солодков пишет (орфография оригинала сохранена):

«В сентябре 2000 года в Нью-Йорке мне впервые представилась возможность увидеть Императорское нефритовое пасхальное яйцо 1902 года. Вместе с господином Геза фон Габсбургом и господами Пол и Питер Шейфер мы потратили около двух часов, изучая, открывая и разбирая его.

Далее последовало длительное обсуждение каждой детали предмета. Позже мне представилась возможность познакомиться с мнениями других экспертов, занимающихся искусством Фаберже, включая господина Алекси де Тисенхаузен, кто был одним из первых, предположивших императорское происхождение данного предмета.

Оценка экспертов, по сути, не оставляла сомнений относительно блестящей художественной идеи предмета, его высочайшего технического исполнения и подлинности клейм и подписи. На сегодняшнем антикварном рынке встречается достаточное количество изделий Фаберже сомнительного качества и происхождения. Иногда даже специалисты затрудняются дать однозначный ответ. Но в нашем случае положительная оценка выполнения качества яйца преобладала. Основным затруднением отнести Нефритовое яйцо к серии императорских подарков был тот факт, что оно считалось утерянным на протяжении длительного времени».

Для того чтобы открытие казалось еще более правдоподобным, на обложке книги Солодков обозначил Валентина Скурлова в качестве соавтора, хотя тот не участвовал ни в исследовании яйца, ни в написании этой книги, а лишь предоставил архивную документацию по просьбе Солодкова. Пол Шаффер также обращался к Валентину Скурлову, чтобы узнать его мнение по поводу данного яйца и указывал его стоимость — 250.000 (двести пятьдесят тысяч) долларов. В 2007 году яйцо «Ампир» предлагалось по цене около 2 миллионов долларов. Для сравнения: в том же году «Яйцо Ротшильда» (не императорское) было продано за 18 миллионов долларов.

Странным образом яйцо «Ампир» так никогда и не было представлено широкой публике, к тому же стали возникать сомнения в отношении происхождения, а также стилистического и художественного облика яйца. К миниатюрному портрету Александра III, украшающему яйцо, у некоторых экспертов первоначально были претензии по качеству (слишком темный) и размерам (не вписывался в пропорции яйца). Однако позже, к большому удивлению, эти недостатки были устранены, и качество миниатюры, размещенной на яйце «Ампир», значительно улучшилось!

Спустя двенадцать лет после «открытия» один из вышеуказанных экспертов обратился письменно к Татьяне Фаберже как специалисту, исследователю и автору книг, в том числе по императорским пасхальным яйцам Фаберже, чтобы узнать ее мнение о яйце «Ампир».

Цены на произведения фирмы Карла Фаберже, имеющие императорское происхождение, в связи с их редкостью и исторической составляющей существенно выше цен на другую продукцию фирмы. На сегодняшний день стоимость подлинного императорского яйца фирмы Фаберже на международном антикварном рынке может достигнуть 20 миллионов фунтов стерлингов и более. Частные и государственные музеи, а также коллекционеры с большим нетерпением ждут возможности пополнить свои собрания уникальными шедеврами фирмы и готовы заплатить большие суммы, в особенности, если речь идет об утерянных императорских пасхальных яйцах фирмы Фаберже! Поэтому очень странно, что с момента «открытия» в 2000 г. яйцо «Ампир» предлагалось разным коллекционерам и только в начале 2013 года пошли слухи, что оно наконец продано частному лицу.

Некомпетентность «экспертов», их неспособность определить подлинность и происхождение данного предмета могли бы объяснить то, почему яйцо «Ампир» так никогда и не было выставлено на аукционе (хотя директор Департамента русского искусства аукционного дома «Christie's» Алекси де Тиссенхаузен пришел к заключению, что оно является императорским) и почему оно не было показано ни на одной выставке, и в частности, на выставке «Фаберже – императорский мастер и его мир», курируемой Солодковым и Габсбургом, которая проходила с сентября 2000 года по февраль 2001 года.

А вот одним из императорских пасхальных яиц, которое действительно было продемонстрировано на той выставке в Уилмингтоне (США), стало яйцо-часы «Букет желтых лилий» (1893 года), которое тогда входило в мою коллекцию. Это яйцо-часы было одним из многих произведений, одолженных у меня кураторами Солодковым и Габсбургом для показа на выставке.

● ● ● ● ● ● ● ● ● ● ● ● ● ● ● ●

1 На выставке «Великий Фаберже – искусство ювелиров придворной фирмы» я был одним из немногих западных коллекционеров, выставивших произведения из своей коллекции. На выставке «Блестящая эпоха Фаберже» 1992 года я был одним из организаторов и куратором.

2 Плюс комиссионные в размере 10% — за 40 тысяч фунтов стерлингов в 1976 году можно было купить квартиру в Лондоне.

3 О том, что Кеннет Сноумэн был его наставником, Габсбург пишет в своей статье «Fau bergé» 1994 года, опубликованной в журнале «Art & Auction», том 16, стр. 76-79.

4 Каталог аукциона «Cristie’s» Highly Important Russian Works of Art, Geneva, April 27, 1977.

5 G. von Habsburg (1986) Fabergé,
стр. 345.

6 G. von Habsburg (1994) Fau ebergé’,
опубликованная в журнале «Art & Auction», том 16, стр. 76-79.

7 G. von Habsburg (2011) Faberge Revealed: At the Virginia Museum of Fine Arts.

8 http://www.youtube.com/watch?v=NYEQWB17_S0.

9 G. von Habsburg (1979) Fabergé oaillier a la Cour de Russie.

10 G. von Habsburg (1986) Fabergé, стр. 300.

11 В то время цена золота была 200-300 долл. за унцию, то есть в 5-6 раз дешевле, чем сейчас.

12 The Sydney Morning Herald, The case of the rotten egg, January 28, 1986

13 The New York Times. Owners of 'Faberge' Eggs Is Suing Christie's, January 16, 1986.

14 The New York Times. Owners of 'Faberge' Eggs Is Suing Christie's, January 16, 1986.

15 The Sydney Morning Herald, The case of the rotten egg, January 28, 1986.

16 A. von Solodkoff (2004) The 1902 Empire Nephrite Easter Egg by Fabergé, London Ermitage Ltd.

Об авторе

Мишель Камидиан, коллекционер, родился в 1955 г. в Армении. В 1972 г. переехал на постоянное место жительство во Францию, родину отца. Имеет 30-летний опыт исследования русского искусства и творчества Карла Фаберже. В 1989 г. – один из немногих европейских коллекционеров, который представил произведения Фаберже для показа на первой в СССР выставке в Елагинском дворце «Великий Фаберже». В 1992 г. – один из организаторов международной выставки «Блестящая эпоха Фаберже» в Царском Селе, посвященной 150-летию фирмы. В 2000 г. – участник самой крупной выставки «Фаберже и его мир» в Делавере (США). Автор статей о творчестве Карла Фаберже и русском искусстве. В настоящее время автор проводит большую исследовательскую работу и готовит монографию о выдающемся русском скульпторе Борисе Фредмане-Клюзеле (1878-1959 гг.), который выполнял заказы в т.ч. для фирмы Фаберже.

НА СНИМКЕ: Татьяна Фаберже и Мишель Камидиан во время презентации книги «FABERGE A COMPREHENSIVE REFERENCE BOOK» Женева, 2012 год.


Комментариев нет:

Отправить комментарий