Издание «К. Фаберже и его продолжатели», посвящённое истории создания мастерами этой ювелирной фирмы известной серии жанровых камнерезных фигурок, а также более поздним их аналогам, обладает достаточно сложной структурой. Прежде всего это исследование коллективное, где хватает места и спорам (благо тема такова), и высказываниям «по делу», напрочь лишённым какого-либо дискуссионного заряда. Здесь мы найдём массу не публиковавшегося ранее материала – а потому книга эта имеет бесспорно значимый научный вес. Особо отмечаем колоссальный иллюстративный объём – и старые архивные фотографии, и современный видеоряд. Мастера, их вещи, отзывы современников о них (а это, на мой взгляд, исключительно важно: прижизненная, сопутствующая творческому пути мастера оценка его труда), взгляд нынешних специалистов на существо вопроса... Тут есть о чём поговорить подробно, но сейчас – отдельные, самые общие впечатления несколько субъективного свойства.
Выделим в первую очередь широту охвата и добротность проделанной работы. Тема пропахана так основательно, что вряд ли в скором будущем появится резон предпринять нечто подобное. Это и есть, думается, самый верный, хоть и весьма трудоёмкий подход к решению проблемы, - закрыть её столь капитальным исследованием напрочь. Впервые тут сведено под один переплёт практически всё, что касается «фаберовского» каменного лубка: прообразы его в русском фарфоре и деревянной игрушке, а заодно – в жанровой печатной графике и фотографии (очень, заметим, щедрый источник); представление авторов моделей (скульпторов) и мастеров-ювелиров, воплощавших их замысел в цветном камне; бытование этих вещей на мировом антикварном рынке.
Заслуживает отдельного разговора и ещё одна ёмкая сюжетная линия - искусство мелкой пластики в отечественном ювелирном деле. Она является необходимым и весьма существенным дополнением к основной теме. Да и можно ли промолчать или обойтись несколькими малозначащи-ми фразами, когда у этих замечательных каменных фигурок обнаруживаются всё новые и новые аналогии с жанровыми вещами русских мастеров второй половины XIX века! Сравним хотя бы двух «Танцующих мужиков» - того, что был изготовлен камнерезами Фаберже в 1910 г. (стр. 57), и более раннюю, сюжетно близкую ему серебряную статуэтку (стр. 210), проходившую на аукционе Кристи в конце 1997 г. Несомненное сходство здесь налицо, пусть и сугубо внешнее. Но ведь так в искусстве бывает часто: выбирает крупный мастер в качестве первоосновы композицию чем-то заинтересовавшей его посредственной, иной раз откровенно ремесленной работы, переосмысливает её на свой лад и в итоге создаёт бесспорно оригинальную художественную вещь. Так, к примеру, поступил когда-то А. Дюрер при создании своей знаменитой серии ксилографий «Большие страсти». Но, впрочем, имеются в этой книге и другие варианты для сравнения – не менее занимательные.
Попутно в ходе чтения возникают и иные мысли, - более обобщающе-го свойства. Главная из них – о качественной стороне русского ювелирного дела в целом. Ведь всё, как нас учили, познаётся в сравнении. Только так ведь и можно определить, кто чего стоит. И тут, признаемся, отрыв фирмы Фаберже (особенно петербургского её отделения), с её удивительным чувством материала и художественной формы, от конкурировавших с нею российских производств был очень значителен. Мы найдём у них много ремесла, технических изысков, усердия (что само по себе, конечно же, исключительно важно), но вот творчества настоящего, по-хорошему дерзкого - обнаружится маловато. Да, следует сегодня признать откровенно: повезло России с «Фабером». Великий мастер, он и величие своё, надо думать, хорошо осознавал и держал себя соответственно. Практически никакой рекламы (или совсем близко к тому), никаких вообще высказываний в адрес конкурентов, никакой коммерческой суеты, при всей внешней открытости - предельная корректность и твёрдая субординация в деловых отношениях. «Ты царь – живи один».
Бывали при этом у искусства Фаберже и критики, - и это тоже, наверное, можно объяснить. Так, в советские времена ему постоянно вменялась в вину чрезмерная элитарность художественного языка, чуждая и даже глубоко враждебная новой пролетарской культуре... Многое здесь с тех пор изменилось – но, оказывается, отнюдь не всё. К бесспорно выигрышным качествам этой книги нужно отнести возможность высказаться по данному вопросу нынешним оппонентам Фаберже. Одна из самых активных персон здесь – М. Н. Лопато, ведущий специалист Гос. Эрмитажа, организатор десятков выставок ювелирного искусства (в том числе и «фаберовских») в стенах этого музея. Ещё к 1983 г. относится её характеристика жанровых фигурок Фаберже как «дань откровенному натурализму, причём подчищенному, отшлифованному, блистающему бриллиантами. По своей сути, - читаем далее, - они созвучны произведениям поздних академистов…» (стр. 25). Русский лубок, в традициях которого исполнены эти вещи, с его острой, условно решённой, гротесковой формой, - натуралистичен? И в чём же тут сумел проявить себя академизм? А вот одно из относительно недавних высказываний Марины Николаевны на ту же тему: Фаберже – не более чем «кич и дурновкусие»... Дискутировать здесь, однако, не хочется. Да и, признаться, не каждый день можно встретить специалиста, столь энергично хулящего своё дело. Но в любом случае – для читателя и этот материал будет в чём-то полезен.
Исследование получилось очень объёмным, и без отдельных замечаний тут не обойтись. Прежде всего это вопросы атрибуции камнерезной пластики. Ещё не всё здесь улажено, а некоторые вещи (например, фигурка матроса) просто требуют более тщательного обследования. Не совсем убедительным выглядит включение в основной текст материалов о резчиках, чьи работы далеки от заданной тематики (Я. П. Серяков, С. И. Иванов). Блок материалов, посвящённых современным мастерам, безусловно интересен, однако логичнее было бы выпустить его отдельным томом. Но это, впрочем, не столько замечание, как пожелание на будущее.
четверг, 7 мая 2009 г.
вторник, 5 мая 2009 г.
"Фаберже и его продолжатели" - отзыв камнереза.
Уважаемый Валентин Васильевич!
Хочу Вас поблагодарить за Ваш труд! Книга получилась поистине уникальной! Конечно, она не лишена недостатков, но Вы - ПЕРВЫЙ!!!, кто сподвигся на столь объемную монографию, а первым быть всегда очень трудно.
Насколько я понял, все основные претензии со стороны камнерезов, это отсутствие согласованности с ними опубликованных материалов. Что касается меня лично, то я своей страницей очень доволен! Не знаю кого благодарить,
Вас или Вашего редактора, но оформление моего материала, размещение фотографий в тексте, выполнено не абы как, а профессионально, я бы даже сказал - с душой! Спасибо Вам! галина перова утверждает, что я не имел право публиковать ваши вещи
На это могу только сказать, что институт интеллектуальной собственности в России находится в зачаточном состоянии. Мало кто понимает что это такое, и уж тем более - что с этим делать. Для нашего сознания в порядке вещей пользоваться ломаной виндой или крякнутым офисом, хотя с точки зрения законодательства о праве собственности это преступление.
Недовольство Z вполне понятно. Она хозяйка ювелирно-камнерезного салона, который создавала годами, прикармливая нищих мастеров, и теперь, когда они выросли и стали самостоятельными, публикуют работы приобретенные салоном под своим именем, даже не давая ссылку на мастера. Возможно, это происходит по той причине, что Z не может до конца определиться со статусам своего салона. С одной стороны это ювелирный госмагазин с возможность брать на комиссию. Возможно это обстоятельство и является причиной подобного отношения мастеров к факту реализации своих изделий через него: просто поставил на комиссию, как самовар, к примеру, какие проблемы? Но с другой - это крупнейший салон камнерезного искусства, возможно в мире, с крутой клиентурой, со всеми вытекающими.
Я много не знаю и это лишь догадки, но в общем это очень обидно, и по человечески Z можно понять, хотя с правовой точки зрения здесь, как говорил выше - каменный век.
Кстати, подобные события, как выход Вашей монографии, обнажают проблему, создавая прецедент. И еще по этому она хороша, что является неким толчком, направляющим ситуацию в правовое русло pдоговор на исключительное право размещения рекламы, которое вместе с предметом переходит перовой.
Ни на одну камнерезную работу, лично я никаких договоров не подписывал.
PS
Заметил неточность в указании материалов при описании работ фирмы
Фаберже. Камень, который фигурирует у Вас в нескольких местах как яшма, а в одном месте как мрамор, на самом деле называется гриот.
Хочу Вас поблагодарить за Ваш труд! Книга получилась поистине уникальной! Конечно, она не лишена недостатков, но Вы - ПЕРВЫЙ!!!, кто сподвигся на столь объемную монографию, а первым быть всегда очень трудно.
Насколько я понял, все основные претензии со стороны камнерезов, это отсутствие согласованности с ними опубликованных материалов. Что касается меня лично, то я своей страницей очень доволен! Не знаю кого благодарить,
Вас или Вашего редактора, но оформление моего материала, размещение фотографий в тексте, выполнено не абы как, а профессионально, я бы даже сказал - с душой! Спасибо Вам! галина перова утверждает, что я не имел право публиковать ваши вещи
На это могу только сказать, что институт интеллектуальной собственности в России находится в зачаточном состоянии. Мало кто понимает что это такое, и уж тем более - что с этим делать. Для нашего сознания в порядке вещей пользоваться ломаной виндой или крякнутым офисом, хотя с точки зрения законодательства о праве собственности это преступление.
Недовольство Z вполне понятно. Она хозяйка ювелирно-камнерезного салона, который создавала годами, прикармливая нищих мастеров, и теперь, когда они выросли и стали самостоятельными, публикуют работы приобретенные салоном под своим именем, даже не давая ссылку на мастера. Возможно, это происходит по той причине, что Z не может до конца определиться со статусам своего салона. С одной стороны это ювелирный госмагазин с возможность брать на комиссию. Возможно это обстоятельство и является причиной подобного отношения мастеров к факту реализации своих изделий через него: просто поставил на комиссию, как самовар, к примеру, какие проблемы? Но с другой - это крупнейший салон камнерезного искусства, возможно в мире, с крутой клиентурой, со всеми вытекающими.
Я много не знаю и это лишь догадки, но в общем это очень обидно, и по человечески Z можно понять, хотя с правовой точки зрения здесь, как говорил выше - каменный век.
Кстати, подобные события, как выход Вашей монографии, обнажают проблему, создавая прецедент. И еще по этому она хороша, что является неким толчком, направляющим ситуацию в правовое русло pдоговор на исключительное право размещения рекламы, которое вместе с предметом переходит перовой.
Ни на одну камнерезную работу, лично я никаких договоров не подписывал.
PS
Заметил неточность в указании материалов при описании работ фирмы
Фаберже. Камень, который фигурирует у Вас в нескольких местах как яшма, а в одном месте как мрамор, на самом деле называется гриот.
"Фаберже и его продолжатели" - отзыв Антона Ананьева.
Здравствуйте, Валентин Васильевич!
По Вашей просьбе излагаю Вам свои впечатления от последней изданной Вами книги. Прошу прощения за краткость, последнее время очень устаю. Начну с недостатков, а закончу достоинствами - так на мой взгляд будет разумнее...
Самое слабое место издания - полиграфия. Конечно, этот упрек не вполне в Ваш адрес, однако если в будущем, при переизданиях Вашего фундаментального труда, Вы это учтете, будет замечательно. Тот специалист, который занимался цветокоррекцией, явно зря ест свой хлеб. Качественные фотоснимки усреднены по наихудшим - так работают только непрофессионалы.
Далее, я конечно знаком с Вашей концепцией относительно этой книги.
Однако я все-таки считаю, что Вы напрасно отстранились от анализа и оценки работ. Ознакомительная компиляция - это одно, а продуманный и осмысленный аналитический труд - другое. И второе, на мой взгляд, как минимум любопытнее...
И последнее замечание - мне кажется, что не стоит подавать "блокированную миниатюру" вне контекста камнерезного искусства в целом. Необходимы хотя бы какие-то скромные заметки и о других направлениях (анималистика, флористика и т.д.) . Читатель-то, по большей части ничего не знает, у него может сложиться впечатление, что камнерезное искусство – это вот, собственно, "блокировка" и есть. И кроме нее ничего не существует...
Теперь о моментах замечательных. Ваша книга, в первую очередь, представляет собою прецедент - впервые какие-то мастера были публично представлены вместе с Фаберже. Это очень смелый ход, который не может не вызывать благодарности у любого современного мастера (и у меня в том числе).
Для общественности Вы первооткрыватель новой эпохи в развитии камнерезного искусства... Кроме того, я поражен тем колоссальным объемом работы, которую Вы сумели проделать. Безусловно, Ваша книга представляет собой практически идеальный справочник для любого, кого заинтересует эта тема. Информация если и не исчерпывающая, то максимально полная в разумных пределах.
Лично для себя я также открыл из Вашей книги много нового. Однако, поскольку это личные впечатления, я изложу вам их в устной беседе.
Резюмируя - Ваш труд, на мой взгляд, представляет самое значительное печатное издание по камнерезному искусству на сегодняшний день. Ему, так сказать, цены нет. О чем мы в самое ближайшее время и оповестим читателей альманаха СИЗИФ. Валентин Васильевич, спасибо Вам за проделанную Вами работу...
С уважением Антон Ананьев
гл. ред. альманаха СИЗИФ
руководитель мастерской "Каменный Гость"
По Вашей просьбе излагаю Вам свои впечатления от последней изданной Вами книги. Прошу прощения за краткость, последнее время очень устаю. Начну с недостатков, а закончу достоинствами - так на мой взгляд будет разумнее...
Самое слабое место издания - полиграфия. Конечно, этот упрек не вполне в Ваш адрес, однако если в будущем, при переизданиях Вашего фундаментального труда, Вы это учтете, будет замечательно. Тот специалист, который занимался цветокоррекцией, явно зря ест свой хлеб. Качественные фотоснимки усреднены по наихудшим - так работают только непрофессионалы.
Далее, я конечно знаком с Вашей концепцией относительно этой книги.
Однако я все-таки считаю, что Вы напрасно отстранились от анализа и оценки работ. Ознакомительная компиляция - это одно, а продуманный и осмысленный аналитический труд - другое. И второе, на мой взгляд, как минимум любопытнее...
И последнее замечание - мне кажется, что не стоит подавать "блокированную миниатюру" вне контекста камнерезного искусства в целом. Необходимы хотя бы какие-то скромные заметки и о других направлениях (анималистика, флористика и т.д.) . Читатель-то, по большей части ничего не знает, у него может сложиться впечатление, что камнерезное искусство – это вот, собственно, "блокировка" и есть. И кроме нее ничего не существует...
Теперь о моментах замечательных. Ваша книга, в первую очередь, представляет собою прецедент - впервые какие-то мастера были публично представлены вместе с Фаберже. Это очень смелый ход, который не может не вызывать благодарности у любого современного мастера (и у меня в том числе).
Для общественности Вы первооткрыватель новой эпохи в развитии камнерезного искусства... Кроме того, я поражен тем колоссальным объемом работы, которую Вы сумели проделать. Безусловно, Ваша книга представляет собой практически идеальный справочник для любого, кого заинтересует эта тема. Информация если и не исчерпывающая, то максимально полная в разумных пределах.
Лично для себя я также открыл из Вашей книги много нового. Однако, поскольку это личные впечатления, я изложу вам их в устной беседе.
Резюмируя - Ваш труд, на мой взгляд, представляет самое значительное печатное издание по камнерезному искусству на сегодняшний день. Ему, так сказать, цены нет. О чем мы в самое ближайшее время и оповестим читателей альманаха СИЗИФ. Валентин Васильевич, спасибо Вам за проделанную Вами работу...
С уважением Антон Ананьев
гл. ред. альманаха СИЗИФ
руководитель мастерской "Каменный Гость"
"Фаберже и его продолжатели" - отзыв Андрея Ананова.
Большой труд, проделанный коллективом авторов вот главе с известным исследователем творчества Фаберже – Валентином Скурловым – нельзя недооценить.
В первую очередь, книга полезна тем, что стараниями составителей издания бережно собраны работы талантливых художников – ювелиров, так или иначе, продолжающих стиль и технические особенности школы русского ювелирного искусства.
Не будь этого издания – многие из талантливых самоучек так никогда и не получили бы известности и признания широкой публики.
«…Давайте говорить друг другу комплименты…» - спел когда-то Булат Окуджава.
Коллектив авторов книги сумели сказать комплимент своим соотечественникам и современникам, при этом сохраняя бережное и трепетное отношение к великому Карлу Фаберже.
Андрей Ананов
Заслуженный деятель искусств РФ
Лауреат международной премии «Серебряный лев»
Лауреат Большой золотой европейской медали
В первую очередь, книга полезна тем, что стараниями составителей издания бережно собраны работы талантливых художников – ювелиров, так или иначе, продолжающих стиль и технические особенности школы русского ювелирного искусства.
Не будь этого издания – многие из талантливых самоучек так никогда и не получили бы известности и признания широкой публики.
«…Давайте говорить друг другу комплименты…» - спел когда-то Булат Окуджава.
Коллектив авторов книги сумели сказать комплимент своим соотечественникам и современникам, при этом сохраняя бережное и трепетное отношение к великому Карлу Фаберже.
Андрей Ананов
Заслуженный деятель искусств РФ
Лауреат международной премии «Серебряный лев»
Лауреат Большой золотой европейской медали
"Фаберже и его продолжатели" - отзыв Алексея Антонова.
Здравствуйте Валентин Васильевич.
Книга просто произвела фурор.
Даже те коллекционеры, которые прекротили пополнять свои собрания, с вязи с кризисом, загорелись желанием продолжить, не смотря на все трудности.
Да, и просят по 10 экземпляров для популизации данного вида искусства.
На сегодняшний день у меня осталась только вами подписанная книга, все остальные раздарил. Нужно как минимум наладить поставку книг к нам в город и Москву. Скоро будет ШОС, и эти книги будут пользаваться бешенным спросом.
Свои впечатления по поводу других мастерских, напишу позже, слишком много мыслей.
Спасибо огромное за ваш титанический труд.
Всего самого доброго, Алексей.
С уважением,
Алексей Антонов.
Книга просто произвела фурор.
Даже те коллекционеры, которые прекротили пополнять свои собрания, с вязи с кризисом, загорелись желанием продолжить, не смотря на все трудности.
Да, и просят по 10 экземпляров для популизации данного вида искусства.
На сегодняшний день у меня осталась только вами подписанная книга, все остальные раздарил. Нужно как минимум наладить поставку книг к нам в город и Москву. Скоро будет ШОС, и эти книги будут пользаваться бешенным спросом.
Свои впечатления по поводу других мастерских, напишу позже, слишком много мыслей.
Спасибо огромное за ваш титанический труд.
Всего самого доброго, Алексей.
С уважением,
Алексей Антонов.
"Фаберже и его продолжатели" - отзыв Александра Веселовского.
Здравствуйте, Валентин Васильевич!
Я считаю, что книга представленная недавно Вами на суд публики, бесспорно является научно-исследовательским трудом мирового масштаба, в области изучения наследия Фаберже и современных мастеров, работающих в камнерезной пластике.
Первое, мне видится, что не было еще такого детального и всестороннего исследования вопроса по фигуркам Фаберже (здесь Вам и генезис, и перечень известных работ, и еще много чего полезного по теме). Отдельное спасибо за обширный иллюстративный материал по Фигуркам Фаберже, который в едином книжном пространстве представляет особый энциклопедический интерес, чего нельзя сказать о публикациях в других изданиях.
Второе, обращение к творчеству современных художников по камню, безусловно Ваша личная победа над той бездной информационного вакуума, в котором мы находимся ("Сизиф" не в счёт, так как вес его слова, пока не так силен, как Ваш). В данном издании описание деятельности современных мастеров также носит энциклопедический характер, и в данный момент это было единственно правильное решение, т.к. о Фаберже Вы наверное знаете все, а вот о нынешних камнерезах информацию еще необходимо переварить и осмыслить. Сначала есть визуальная информация, следующий этап научное исследование(как с исторической точки зрения, так и с позиции современного искусства).
Третье, Ваша книга является той вехой в современном камнерезном искусстве, когда художники должны понять и осмыслить свое место в современной ситуации. А это в свою очередь, очень важно для самооценки резчиков по камню, для понимания того процесса, которым они заняты. Ведь любому художнику важно знать, что он есть и с точки зрения истории и с позиции существования явления как такового. А судя по Вашему печатному труду оно есть, и еще какое!
Валентин Васильевич, я могу перечислять еще множество плюсов, которые скрыты в Вашей книге, но лучше всего их раскроет история, которая как справедливый судья расставит все точки над "i".
По поводу конфликта с "Яхонтом", я и весь "Каменный Гость" всецело на Вашей стороне, ибо с Вами правда, за которую мы с Антоном Ананьевым так радеем.
Передавайте привет и поздравления Т.Фаберже, в связи с выходом книги, ведь она тоже автор.
С уважением, Александр Веселовский мастерская "Каменный Гость " альманах" Сизиф"
Санкт-Петербург
Я считаю, что книга представленная недавно Вами на суд публики, бесспорно является научно-исследовательским трудом мирового масштаба, в области изучения наследия Фаберже и современных мастеров, работающих в камнерезной пластике.
Первое, мне видится, что не было еще такого детального и всестороннего исследования вопроса по фигуркам Фаберже (здесь Вам и генезис, и перечень известных работ, и еще много чего полезного по теме). Отдельное спасибо за обширный иллюстративный материал по Фигуркам Фаберже, который в едином книжном пространстве представляет особый энциклопедический интерес, чего нельзя сказать о публикациях в других изданиях.
Второе, обращение к творчеству современных художников по камню, безусловно Ваша личная победа над той бездной информационного вакуума, в котором мы находимся ("Сизиф" не в счёт, так как вес его слова, пока не так силен, как Ваш). В данном издании описание деятельности современных мастеров также носит энциклопедический характер, и в данный момент это было единственно правильное решение, т.к. о Фаберже Вы наверное знаете все, а вот о нынешних камнерезах информацию еще необходимо переварить и осмыслить. Сначала есть визуальная информация, следующий этап научное исследование(как с исторической точки зрения, так и с позиции современного искусства).
Третье, Ваша книга является той вехой в современном камнерезном искусстве, когда художники должны понять и осмыслить свое место в современной ситуации. А это в свою очередь, очень важно для самооценки резчиков по камню, для понимания того процесса, которым они заняты. Ведь любому художнику важно знать, что он есть и с точки зрения истории и с позиции существования явления как такового. А судя по Вашему печатному труду оно есть, и еще какое!
Валентин Васильевич, я могу перечислять еще множество плюсов, которые скрыты в Вашей книге, но лучше всего их раскроет история, которая как справедливый судья расставит все точки над "i".
По поводу конфликта с "Яхонтом", я и весь "Каменный Гость" всецело на Вашей стороне, ибо с Вами правда, за которую мы с Антоном Ананьевым так радеем.
Передавайте привет и поздравления Т.Фаберже, в связи с выходом книги, ведь она тоже автор.
С уважением, Александр Веселовский мастерская "Каменный Гость " альманах" Сизиф"
Санкт-Петербург
БЕЛОУСОВА.
Санкт-Петербург 30 июня 2005 года.
Уважаемая Таисия Белоусова,
Я всегда полагал, что задача прессы информировать. В спорных случаях обязательно надо выслушать противоположную сторону. Тем более речь идет о научном споре. Вы явно поторопились. Ваше изложение тенденциозно, оскорбительно для меня. Кстати, замечу, что мы с Вами в 1999 году договаривались, что статья про Фаберже в «Совершенно секретно» пойдет также за моей подписью, Вы же опубликовали моё интервью только за своей подпись. Я не разрешал Вам публиковать документ из архива Татьяны Фаберже по поводу портсигара из Швейцарской миссии. Вы нарушили нашу договоренность. Кроме того, мне приносили Вашу статью "Фаберже и Латвия», целиком построенную на моей статье из книги «Фаберже и петербургские ювелиры». Я Вам не давал разрешения на подобные публикации. Я жалею, что Вы так бесцеремонно воспользовались моей искренностью. Возможно, Вы обиделись на меня, что я упомянул Вашу фамилию в своей статье в № 3, 2004 журнала «Антикварное Обозрение»
Очень жаль, что Вы не выслушали точку зрения специалистов, которых обвиняете в некомпетентности в Вашей статье "Роковые яйца", № 7, 2005. Это позволило бы избежать многих недоразумений.
Последовательно, по абзацам Вашей статьи, излагаю свои соображения:
1. Я не эксперт «Кристи», а консультант- исследователь. Это разница. Я «внештатный эксперт по оценке художественных ценностей Министерства культуры РФ» (приказ министра М.Швыдкого от 30.05.2002). Приказ никто не отменял и меня из экспертов не разжаловал. Я не только товаровед, но и экономист (закончил экономическую аспирантуру), а последние 20 лет еще историк ювелирного искусства, написал 8 книг и кучу научных статей. Как считают мои коллеги, я имею право писать об искусствоведческо-стилистических, архивно-исторических, ювелирно-технологических, пробирных и товароведно-органолептических аспектах рассматриваемых антикварных предметов. В нужных случаях прибегаю в помощи специалистов-геммологов, хотя и сам обладаю определенными познаниями.
2. Яйцо 1888 года называется «Ангел тянет колесницу с яйцом". У Вас не "Ангел", а "Херувим".
3. Евгений Фаберже не писал письмо Вигстрему в 1922 году. У меня такого письма нет. Евгений Фаберже объяснял Францу Бирбауму, что фирма платит, когда получает деньги от заказчика. Бывший царь выдал чек, но деньги фирма не получила по приказу Временного правительства.
4. Керенский не разрешил ДОСТАВИТЬ яйцо, но не запретил царю ОПЛАТИТЬ деревянное яйцо со слоником (подарок императрице-матери). Яйцо так и не было ДОСТАВЛЕНО Марии Федоровне и было фирмой передано на хранение во дворец великой княгини Марии Павловне, где был хороший сейф. Имущество великих князей, в отличие от имущества царя и его семьи, не было конфисковано. Обстоятельства передачи Фаберже яйца во дворец Марии Павловны нам неизвестны.
5. Я в беседе с Вами в 1999 году высказал гипотезу, что яйцо «Созвездие» могло быть изъято в июне 1919 года из сейфов Фаберже. Это научная гипотеза, а не утверждение. «Куда всё это подевалось, пишет Франц Бирбаум по поводу пасхальных яиц 1917 года, понятия не имею и при моем посещении дома после разгрома никаких следов этой работы я не видал». До сих пор нет перечней изъятого имущества из этих сейфов.
Яйцо «Созвездие» вполне могло храниться и у Вигстрема до 1918 года или у других мастеров или доверенных лиц. Некое лицо предлагало фирме закончить это изделие, но фирма, по словам Бирбаума (май 1919 г.), отвергла это предложение.
А после мая 1919 года? Финские мастера оставались в Петрограде до 1921 года и могли закончить яйцо, хотя бы по просьбе «некоего лица» («Черный человек»).
Что касается деревянного яйца со Слоником, то я еще в начале 1992 г. обнаружил, что таковое числится среди имущества дворца великой княгини Марии Павловны 30 октября 1917 года. Этот факт опубликован в моей книге 1997 года.
6. Фраза, что я "хвалил Русский национальный музей, который и собирательской деятельностью занимается, и экспертизу проводит как положено» приписана мне необоснованно. Я такого не говорил.
7. Татьяна Мунтян атрибутировала в 2002 году яйцо "Цесаревич" и результаты ЭКСПЕРТИЗЫ опубликованы в журнале APOLLO. Я не читал ЭКСПЕРТИЗЫ Татьяны Мунтян, я читал в APOLLO научную статью о факте обнаружения в фондах Минералогического музея фрагментов яйца. Экспертиза, согласно закону об экспертизе 1988 года предполагает уголовную ответственность за выводы. Все знакомые мне специалисты пишут «экспертные заключения».
8. Не знаю, о какой выставке 2003 года, на которой появилось яйцо из Минералогического музея, идет речь. Возможно, это было в Москве, а я живу в Петербурге.
Вы спрашиваете, почему я, при всей «любви к Фаберже, должен был реагировать на сенсационную находку». Я никому ничего не должен. Я знал еще в 1995 году (правда, по слухам) что яйцо «Цесаревич» - существует, поэтому ничего сенсационного для меня не было.
Я никогда не видел яйца из Минералогического музея, не держал его в руках до сих пор и не могу вынести по нему суждения. Меня никто не приглашал на экспертизу.
Я был в Минералогическом музее два раза с Татьяной Фаберже: в 1992 и 1996 годах. Когда в 1992 году г-жа Татьяна Фаберже попросила предъявить дарственную на коллекции вещей ее деда Агафона Фаберже, это вызвало замешательство в рядах сотрудников. Может быть, вещи из квартиры Агафона Фаберже были украдены во время обыска, такое случалось сплошь и рядом в революционные времена. Как я теперь понимаю, такой дарственной нет. В журнале «Огонек» , № 18, 2002 утверждается, что Агафон подарил коллекцию музею в 1925 году, в каталоге выставки «Фаберже-Картье» - 2004 за подписью Т.Мунтян и М.Чистяковой указано другая дата – 1926 год. Вы пишите, что карандашом надпись «Фаберже» нанесена в 1927 году. А в инвентарном журнале музея «Синий стеклянный шар» записан 1928 годом.
Итого, четыре разные даты.
9. Я действительно подписал экспертное заключение по камнерезной группе «Ледовоз» собрания РНМ, но я никогда и не нигде не утверждал, что камнерезная группа "Ледовоз" из коллекции РНМ является "первой, авторской". Откуда это?
Я не знал, что руководство Минералогического музея еще в 2000 г. разрешило г-ну Иванову фотографировать камнерезную группу «Ледовоз» в деталях. Вообще работа посторонних в музейных фондах строго фиксируется в специальных журналах и если Музей разрешил фотографии «Ледовоза» в деталях, значит имел на это резоны.
10. Вам кажется странным, что в экспертном заключении нет ни слова о происхождении изделия, его нахождении в коллекциях, участии в выставках. Для меня тут нет ничего странного. История бытования - слабое место подавляющего числа экспертных заключений практически всех антикварных предметов, особенно ювелирных в советское время. Спросите любого антиквара.
11. На сайте РНМ весной 2004 года (когда конкретно?) возможно была какая-то статья за моей подписью, но я к ней не имею никакого отношения. Возможно это перепечатка интервью г-на Иванова нашему журналу из февральского номера «Антикварного Обозрения» (№ 1-2, 2004). Сам я на сайт РНМ никаких статей не посылал. Я утверждаю, что Агафон Фаберже никогда не дарил музею Ферсмана фрагменты последнего императорского яйца. Вы пишите, что «по словам Скурлова, еще в 1994 году в беседе с директором РНМ А.И.Ивановым Марианна Чистякова якобы утверждала, что это – фрагменты лампы». В ту пору, дескать, в инвентарной книге музея об этих фрагментах были другие записи, а на облаках не было надписи «Фаберже».
В моей статье в журнале «Антикварное Обозрение», № 3, август 2004 (с.36-37) указано, что «в 1994 году директор РНМ А.Н.Иванов получил от Марианны Борисовны Чистяковой совсем другие сведения. Тогда это были детали от лампы и записи об этих деталях в журнале регистрации были другими. Кроме того, в 1994 году на дне хрустального пьедестала (надо: облака – В.С.) не было никакой надписи «Фаберже» карандашом. Все это появилось значительно позднее". Я не присутствовал в 1994 году в Минералогическом музее при беседе Иванова с Чистяковой и излагаю сведения, полученные от Иванова.
12. Весь следующий абзац «Подлог с надписью «Фаберже» на дне пьедестала и обман с записями и инвентарной книге Минералогического музея (….…) пасхальном яйце, находящемся в данное время в одной из частных коллекций?!» - ГНЕВНО ВОПРОШАЛ СКУРЛОВ" – полностью придуман Вами.
Я ничего такого ни гневно, ни радостно не вопрошал.
13. «Вскоре заметка с сайта РНМ исчезла», пишите Вы. Увы, я так и не успел ее прочитать. Замечу, что в том же № 1-2, 2004 журнала «Антикварное Обозрение» (с.60) опубликовано интервью директора РНМ А.Н.Иванова (от 19.02.2004), где сказано:
«То, что рекламируется как яйцо «Созвездие Цесаревича» из коллекции Минералогического музея РАН является не более чем элементами совсем другого предмета 1910-1914 гг., что и зафиксировано в инвентарной книге музея записью от 1928 г., (....). Скорее всего, в Минералогическом музее детали (фрагменты, полуфабрикаты, заготовки) неосуществленной настольной лампы. Переговоры о приобретении двух вышеупомянутых яиц мы ведем с 1993 года".
14. При подготовке октябрьского 2004 года номера журнала «Антикварное Обозрение» редакция просила подготовить ответ Татьяну Мунтян и Марианну Чистякову, на мою статью из № 3, 2004, но редакция не получила ответа.
Первый раз слышу, что "в Минералогическом музее решали, подавать ли в суд на Скурлова или требовать опубликовать в «Антикварном Обозрении» свой ответ «Чемберлену». Не надо ничего требовать от журнала. Это я просил уважаемых коллег дать свою статью. Научные споры в судах не решаются. Это было в средние века, суд над Коперником. Правда, в этом году меня грозил привлечь в суду «Фонд Связь Времен» за научную статью по поводу пасхального яйца «Весенние цветы», но повестки в суд я так и не дождался. Встретился бы в суде без отвращения…
Сравнение с Чемберленом не совсем удачно. Чемберлен предъявил Советской власти ультиматум. Я никаких ультиматумов Минералогическому музею не предъявлял. Идея моей статьи направлена на выяснение обстоятельств появления фрагментов яйца «Царевич» в Минералогическом музее.
В своей статье по поводу «яйца-шара» (Антикварное Обозрение, № 3, 2004, с.37) я сделал ВЫВОД: НЕ ВХОДЯ В РАССУЖДЕНИЕ О ПОДЛИННОСТИ (выделено нами – В.С.) стеклянного шара и каменного облака из коллекции Минералогического музея, обратим внимание на зыбкость архивно-исторического обоснования появления этих предметов и претензий на введение в научный оборот в качестве 52-го императорского пасхального яйца».
15. Ваш текст: «Весной этого года "Созвездие цесаревича" РНМ выставил в Археологическом музее вместе с запиской Ферсмана, "подтверждающей" его подлинность. Только письмо это, вопреки ПРЕЖНИМ РАССКАЗАМ (выделено нами – В.С.) Скурлова и Иванова", датировано не 1922, а 1926 годом». Я категорически протестую против каких-то моих «прежних рассказов». «Рассказы Иванова» пусть комментирует сам Александр Николаевич.
Что касается письма академика А.Е.Ферсмана Агафону Фаберже от 19 марта1926 года, то оно было впервые опубликовано в журнале «Антикварное Обозрение» № 4, октябрь 2004. В этом письме речь идет не об яйце, а о ЧАСАХ ИЗ СИНЕГО СТЕКЛА С ГРАВИРОВАННЫМ ЛЬВОМ И ЗОЛОТЫМ ЦИФЕРБЛАТОМ. Часы эти, о которых Агафон Фаберже особенно беспокоился, и коллекция бриллиантов, переданы в Фондовый отдел, как предметы роскоши. "На специальное мое письмо к ним, продолжает академик Ферсман, получен ответ, что все уже обезличено в настоящий момент". Копия письма академика Ферсмана в адрес Агафона Фаберже была предоставлена редакции Русским Национальным Музеем.
16. Я не был на выставке в Археологическом музее в Москве и не видел «экспертного заключения» с моей фамилией. Экспертные заключения я пишу на собственном фирменном бланке и скрепляю подписью и печатью. Вместе с Татьяной Фаберже и Александром Ивановым я написал в № 3, ноябрь 2002, журнал «Антикварное Обозрение» НАУЧНУЮ СТАТЬЮ по поводу факта появления в научном обороте пасхального яйца бывшего императора Николая II. Предмет мы изучали около двух лет.
17. Николай II никогда не заказывал пасхальных яиц заранее, в том числе и весной 1916 года. Царь не знал сюжета очередного яйца. «Ваше Величество будет довольно», - говорил Фаберже в течение года перед Пасхой. Фаберже сам придумывал, изготовлял и предлагал пасхальные яйца к продаже. Если императору не нравилось, он вправе был не приобретать. В 1904 и 1905 гг. в связи с русско-японской войной, не желая обременять личный бюджет императора, Карл Фаберже вообще не предлагал царю пасхальных яиц.
18. Вы пишите, что приобрести яйцо бывший император не мог, потому что находился под строгим караулом и единственным человеком, который посещал Александровский дворец, был Керенский. Исторические источники свидетельствуют, что, помимо Керенского, бывшего императора посещали разные лица. Я изучил массу мемуаров. Например, его посещала великая княгиня Ольга Константиновна. Посетители могли показать бывшему царю само деревянное яйцо, фотографию или рисунок яиц 1917 года и царь мог приказать произвести их оплату. Кроме того, и ранее неоднократно бывали случаи, когда царь, не осмотрев яйцо, приказывал отослать его матери или жене. Так было в 1916 году, когда император находился в Ставке, в яйцо вручал от его имени Фаберже в Петрограде, а фельдегерь вручал другое яйцо в Киеве императрице-матери. Николай II безоговорочно доверял Фаберже.
19. Ваша ссылка на Г.А.Боровика, который встречался с Керенским и ничего не услышал от старца о пасхальных яйцах, а также ссылка на отсутствие в мемуарах Керенского упоминания о Пасхе 1917 года – не убедительна. Разве Генрих Боровик спрашивал Керенского о пасхальных яйцах Фаберже? Если да, тогда что ответил Керенский? Керенский писал о судьбах России. Что ему какие-то личные подарки бывшего царя своей жене и матери.
20. Вы просмотрели дневниковые записи императора (за 1917 год?) и не нашли упоминания о пасхальном яйце. Посмотрите дневниковые записи о пасхальных днях за предыдущие 20 лет. Я проделал это. Записей о пасхальных яйцах от Фаберже практически нет. Тогда что же существует в коллекциях и музеях?
21. Вы пишите, что нет никаких доказательств, что яйцо приобрел Николай II Единственный документ, который мы рассматривали, является оплаченный счет фирмы Фаберже. Подобные оплаты счетов Фаберже и других ювелиров членами б. императорской семьи проходили до декабря 1917 года и позже, когда царская семья была уже в Тобольске. Есть соответствующие документы в Российском государственном историческом архиве.
22. Счет всегда выставлялся за переданное изделие, обычно в течение месяца. 25 апреля 1917 года произошла ОПЛАТА счета Фаберже.
23. Кирилл Владимирович, б. великий князь перешел Финский залив по льду в беременной женой на руках весной 1917 г. Вы пишите, что он с комфортом отбыл в свое имение в Финляндии летом 1917 года.
24. Дом ученых разместился в бывшем дворце Владимира Александровича в начале 1919 года. Следы деревянного яйца встречаются в документах Румянцевского музея в ноябре 1926 г.
25. Почему Вы все время пишите: «согласно упомянутому экспертному заключению», «по мнению экспертов», «эксперты убеждены», «эксперты уверяют», «эксперты попытались понять».
Я - «внештатный эксперт по оценке художественных ценностей», но г-жа Татьяна Фаберже не является экспертом и писали мы с ней научную статью, где есть место научным гипотезам. Когда мы изучали деревянное яйцо в 2000-2001 гг., я еще не был экспертом Министерства культуры. Я никогда не писал, что УБЕЖДЕН, что яйцо «деревянное, внутри которого механический слоник» из дворца Владимира Александровича, является яйцом императорским пасхальным 1917 года. Мы не видели фотографии того яйца, нет его описания, указания веса и т.п.
Но это единственное упоминание о деревянном яйце, со слоником внутри.
26. Когда я рассказывал Вам в 1999 г. о яйце 1892 года, то я говорил о сюрпризе – Слонике с эмалевой фигуркой погонщика, но никак не о МЕХАНИЧЕСКОМ слонике.
27. Я не думаю, что Фаберже мог сделать для великой княгини Марии Павловны деревянное яйцо со Слоником, точно такое же, как для императрицы Марии Федоровны. Не ходят первые дамы государства в одинаковых платьях и украшениях. Кроме того, мне неизвестно ни одно пасхальное яйце для Марии Павловны от Фаберже, ни от любого другого ювелира. Я изучил архивы Марии Павловны и Владимира Александровича.
28. Описания одних и тех же пасхальных яиц настолько различны в разных источниках, что не всегда можно догадаться, что речь идет об одинаковых предметах. "Золотая накладка" и "золотая оправа" деревянного яйца - это одно и то же.
29. Также как и в яйце «Сосновая шишка» и в «Транссибирском экспрессе», в яйце карельской березы из собрания РНМ имеется специальное отверстие для ключика. Вы пишите, что там такого отверстия нет. Вы держали яйцо в руках и не заметили?
30. Есть архивные свидетельства, что Котлер выезжал за границу в 1926 и 1927 гг. В 1929 году он был осужден на пять лет. Неизвестно, сколько отсидел в тюрьме, но в 1935 году, акад. А.Е.Ферсман пишет, что Котлер проживает в Чехословакии. Умер там же в 1953 году. Котлер мог вывезти яйцо в Чехословакию при возвращении на родину в 1930-х годах, как сувенир (без Слоника), но вполне мог продавать деревянное яйцо, всю ценность которого составлял именно серебряный Слоник с восемью большими бриллиантами и 667 бриллиантами огранки «роза». Котлер был специалист по бриллиантам.
31. Неизвестно, почему в 1927 году 24 пасхальных яйца были возвращены в Оружейную палату. Полагаю, это связано с ликвидацией Московского Ювелирного Товарищества и реорганизацией Госторга, а вовсе не затовариванием Запада российским антиквариатом. Осенью 1927 года прошли первые успешные зарубежные продажи российских драгоценностей. Кроме того, и в период 1922-1927 гг. были продано не менее 16 изъятых в 1922 году императорских пасхальных яиц.
32. Не могу понять, о какой "проверке, проведенной Департаментом по охране культурных ценностей Министерства культуры и современным Гохраном, подтвердившей законность перемещения деревянного пасхального яйца Фаберже за пределы СССР и современной России» идет речь? Перечитайте еще раз.
Владелец яйца обратился в Министерство культуры и Гохран с просьбой проверить, не числится ли «яйцо пасхальное из карельской березы» в розыске, не похищено ли оно из государственных хранилищ или музеев. На что получен отрицательный ответ.
33. Если изучить все счета Фаберже с 1885 по 1917 годы, можно однозначно заметить, что за 32 года шло постоянно более подробное описание императорских пасхальных яиц. Если первые пасхальные яйца действительно описаны "телеграфным стилем", то яйца 1911 и 1913 года описаны более чем подробно.
34. Вас удивляет цена «примитивного», как Вы пишите, деревянного яйца 1917 года - 12 500 руб. А меня не удивляет. Цены 1917 года отличались от цен благополучного 1911 года в разы. Директор Московского отделения фирмы Фаберже до войны получал 250 - 400 руб. в месяц, а при Керенском - 1000 руб. Высокая стоимость яйца на 95 % обусловлена ценою бриллиантов. 8 бриллиантов по 2 карата каждый дают в ценах 1913 года – 2 400 руб., цена 667 "роз" - 400 руб. В сумме – 2 800 руб. Казенная цена золота в 1916 году повысилась в 1,45 раза, спекулятивная в 2-3 раз, на бриллианты в 3 раза. Итого, только себестоимость бриллиантов 8 400 руб. Плюс процент прибыли, цена золота и работы и т. д. Цена 12 500 руб. вполне соответствует расчетам.
35. Вы пишите, что Карл Фаберже не расплатился в с Вигстремом, «зажилил денежки». Прочитайте еще раз счет: «Получен в уплату чек на 12 840 руб. за № 706 6032». (Кстати, у Вас постоянно путаница с цифрами, по номеру счета и цене). Получен чек – это не значит, что получены деньги. Чек еще надо предъявить к оплате. Евгений Фаберже совершенно прав - реальных денег фирма так и не получила, а просто чек – красивая бумага.
Я полагаю, Вы не будете публиковать мое письмо. Читатели увидят всю небрежность Вашей работы. Возможно, у Вас есть какие-то аргументы в запасе. Выслушаю их. Оставляю за собой право публиковать мой ответ везде, где найду возможным.
Валентин СКУРЛОВ.
Уважаемая Таисия Белоусова,
Я всегда полагал, что задача прессы информировать. В спорных случаях обязательно надо выслушать противоположную сторону. Тем более речь идет о научном споре. Вы явно поторопились. Ваше изложение тенденциозно, оскорбительно для меня. Кстати, замечу, что мы с Вами в 1999 году договаривались, что статья про Фаберже в «Совершенно секретно» пойдет также за моей подписью, Вы же опубликовали моё интервью только за своей подпись. Я не разрешал Вам публиковать документ из архива Татьяны Фаберже по поводу портсигара из Швейцарской миссии. Вы нарушили нашу договоренность. Кроме того, мне приносили Вашу статью "Фаберже и Латвия», целиком построенную на моей статье из книги «Фаберже и петербургские ювелиры». Я Вам не давал разрешения на подобные публикации. Я жалею, что Вы так бесцеремонно воспользовались моей искренностью. Возможно, Вы обиделись на меня, что я упомянул Вашу фамилию в своей статье в № 3, 2004 журнала «Антикварное Обозрение»
Очень жаль, что Вы не выслушали точку зрения специалистов, которых обвиняете в некомпетентности в Вашей статье "Роковые яйца", № 7, 2005. Это позволило бы избежать многих недоразумений.
Последовательно, по абзацам Вашей статьи, излагаю свои соображения:
1. Я не эксперт «Кристи», а консультант- исследователь. Это разница. Я «внештатный эксперт по оценке художественных ценностей Министерства культуры РФ» (приказ министра М.Швыдкого от 30.05.2002). Приказ никто не отменял и меня из экспертов не разжаловал. Я не только товаровед, но и экономист (закончил экономическую аспирантуру), а последние 20 лет еще историк ювелирного искусства, написал 8 книг и кучу научных статей. Как считают мои коллеги, я имею право писать об искусствоведческо-стилистических, архивно-исторических, ювелирно-технологических, пробирных и товароведно-органолептических аспектах рассматриваемых антикварных предметов. В нужных случаях прибегаю в помощи специалистов-геммологов, хотя и сам обладаю определенными познаниями.
2. Яйцо 1888 года называется «Ангел тянет колесницу с яйцом". У Вас не "Ангел", а "Херувим".
3. Евгений Фаберже не писал письмо Вигстрему в 1922 году. У меня такого письма нет. Евгений Фаберже объяснял Францу Бирбауму, что фирма платит, когда получает деньги от заказчика. Бывший царь выдал чек, но деньги фирма не получила по приказу Временного правительства.
4. Керенский не разрешил ДОСТАВИТЬ яйцо, но не запретил царю ОПЛАТИТЬ деревянное яйцо со слоником (подарок императрице-матери). Яйцо так и не было ДОСТАВЛЕНО Марии Федоровне и было фирмой передано на хранение во дворец великой княгини Марии Павловне, где был хороший сейф. Имущество великих князей, в отличие от имущества царя и его семьи, не было конфисковано. Обстоятельства передачи Фаберже яйца во дворец Марии Павловны нам неизвестны.
5. Я в беседе с Вами в 1999 году высказал гипотезу, что яйцо «Созвездие» могло быть изъято в июне 1919 года из сейфов Фаберже. Это научная гипотеза, а не утверждение. «Куда всё это подевалось, пишет Франц Бирбаум по поводу пасхальных яиц 1917 года, понятия не имею и при моем посещении дома после разгрома никаких следов этой работы я не видал». До сих пор нет перечней изъятого имущества из этих сейфов.
Яйцо «Созвездие» вполне могло храниться и у Вигстрема до 1918 года или у других мастеров или доверенных лиц. Некое лицо предлагало фирме закончить это изделие, но фирма, по словам Бирбаума (май 1919 г.), отвергла это предложение.
А после мая 1919 года? Финские мастера оставались в Петрограде до 1921 года и могли закончить яйцо, хотя бы по просьбе «некоего лица» («Черный человек»).
Что касается деревянного яйца со Слоником, то я еще в начале 1992 г. обнаружил, что таковое числится среди имущества дворца великой княгини Марии Павловны 30 октября 1917 года. Этот факт опубликован в моей книге 1997 года.
6. Фраза, что я "хвалил Русский национальный музей, который и собирательской деятельностью занимается, и экспертизу проводит как положено» приписана мне необоснованно. Я такого не говорил.
7. Татьяна Мунтян атрибутировала в 2002 году яйцо "Цесаревич" и результаты ЭКСПЕРТИЗЫ опубликованы в журнале APOLLO. Я не читал ЭКСПЕРТИЗЫ Татьяны Мунтян, я читал в APOLLO научную статью о факте обнаружения в фондах Минералогического музея фрагментов яйца. Экспертиза, согласно закону об экспертизе 1988 года предполагает уголовную ответственность за выводы. Все знакомые мне специалисты пишут «экспертные заключения».
8. Не знаю, о какой выставке 2003 года, на которой появилось яйцо из Минералогического музея, идет речь. Возможно, это было в Москве, а я живу в Петербурге.
Вы спрашиваете, почему я, при всей «любви к Фаберже, должен был реагировать на сенсационную находку». Я никому ничего не должен. Я знал еще в 1995 году (правда, по слухам) что яйцо «Цесаревич» - существует, поэтому ничего сенсационного для меня не было.
Я никогда не видел яйца из Минералогического музея, не держал его в руках до сих пор и не могу вынести по нему суждения. Меня никто не приглашал на экспертизу.
Я был в Минералогическом музее два раза с Татьяной Фаберже: в 1992 и 1996 годах. Когда в 1992 году г-жа Татьяна Фаберже попросила предъявить дарственную на коллекции вещей ее деда Агафона Фаберже, это вызвало замешательство в рядах сотрудников. Может быть, вещи из квартиры Агафона Фаберже были украдены во время обыска, такое случалось сплошь и рядом в революционные времена. Как я теперь понимаю, такой дарственной нет. В журнале «Огонек» , № 18, 2002 утверждается, что Агафон подарил коллекцию музею в 1925 году, в каталоге выставки «Фаберже-Картье» - 2004 за подписью Т.Мунтян и М.Чистяковой указано другая дата – 1926 год. Вы пишите, что карандашом надпись «Фаберже» нанесена в 1927 году. А в инвентарном журнале музея «Синий стеклянный шар» записан 1928 годом.
Итого, четыре разные даты.
9. Я действительно подписал экспертное заключение по камнерезной группе «Ледовоз» собрания РНМ, но я никогда и не нигде не утверждал, что камнерезная группа "Ледовоз" из коллекции РНМ является "первой, авторской". Откуда это?
Я не знал, что руководство Минералогического музея еще в 2000 г. разрешило г-ну Иванову фотографировать камнерезную группу «Ледовоз» в деталях. Вообще работа посторонних в музейных фондах строго фиксируется в специальных журналах и если Музей разрешил фотографии «Ледовоза» в деталях, значит имел на это резоны.
10. Вам кажется странным, что в экспертном заключении нет ни слова о происхождении изделия, его нахождении в коллекциях, участии в выставках. Для меня тут нет ничего странного. История бытования - слабое место подавляющего числа экспертных заключений практически всех антикварных предметов, особенно ювелирных в советское время. Спросите любого антиквара.
11. На сайте РНМ весной 2004 года (когда конкретно?) возможно была какая-то статья за моей подписью, но я к ней не имею никакого отношения. Возможно это перепечатка интервью г-на Иванова нашему журналу из февральского номера «Антикварного Обозрения» (№ 1-2, 2004). Сам я на сайт РНМ никаких статей не посылал. Я утверждаю, что Агафон Фаберже никогда не дарил музею Ферсмана фрагменты последнего императорского яйца. Вы пишите, что «по словам Скурлова, еще в 1994 году в беседе с директором РНМ А.И.Ивановым Марианна Чистякова якобы утверждала, что это – фрагменты лампы». В ту пору, дескать, в инвентарной книге музея об этих фрагментах были другие записи, а на облаках не было надписи «Фаберже».
В моей статье в журнале «Антикварное Обозрение», № 3, август 2004 (с.36-37) указано, что «в 1994 году директор РНМ А.Н.Иванов получил от Марианны Борисовны Чистяковой совсем другие сведения. Тогда это были детали от лампы и записи об этих деталях в журнале регистрации были другими. Кроме того, в 1994 году на дне хрустального пьедестала (надо: облака – В.С.) не было никакой надписи «Фаберже» карандашом. Все это появилось значительно позднее". Я не присутствовал в 1994 году в Минералогическом музее при беседе Иванова с Чистяковой и излагаю сведения, полученные от Иванова.
12. Весь следующий абзац «Подлог с надписью «Фаберже» на дне пьедестала и обман с записями и инвентарной книге Минералогического музея (….…) пасхальном яйце, находящемся в данное время в одной из частных коллекций?!» - ГНЕВНО ВОПРОШАЛ СКУРЛОВ" – полностью придуман Вами.
Я ничего такого ни гневно, ни радостно не вопрошал.
13. «Вскоре заметка с сайта РНМ исчезла», пишите Вы. Увы, я так и не успел ее прочитать. Замечу, что в том же № 1-2, 2004 журнала «Антикварное Обозрение» (с.60) опубликовано интервью директора РНМ А.Н.Иванова (от 19.02.2004), где сказано:
«То, что рекламируется как яйцо «Созвездие Цесаревича» из коллекции Минералогического музея РАН является не более чем элементами совсем другого предмета 1910-1914 гг., что и зафиксировано в инвентарной книге музея записью от 1928 г., (....). Скорее всего, в Минералогическом музее детали (фрагменты, полуфабрикаты, заготовки) неосуществленной настольной лампы. Переговоры о приобретении двух вышеупомянутых яиц мы ведем с 1993 года".
14. При подготовке октябрьского 2004 года номера журнала «Антикварное Обозрение» редакция просила подготовить ответ Татьяну Мунтян и Марианну Чистякову, на мою статью из № 3, 2004, но редакция не получила ответа.
Первый раз слышу, что "в Минералогическом музее решали, подавать ли в суд на Скурлова или требовать опубликовать в «Антикварном Обозрении» свой ответ «Чемберлену». Не надо ничего требовать от журнала. Это я просил уважаемых коллег дать свою статью. Научные споры в судах не решаются. Это было в средние века, суд над Коперником. Правда, в этом году меня грозил привлечь в суду «Фонд Связь Времен» за научную статью по поводу пасхального яйца «Весенние цветы», но повестки в суд я так и не дождался. Встретился бы в суде без отвращения…
Сравнение с Чемберленом не совсем удачно. Чемберлен предъявил Советской власти ультиматум. Я никаких ультиматумов Минералогическому музею не предъявлял. Идея моей статьи направлена на выяснение обстоятельств появления фрагментов яйца «Царевич» в Минералогическом музее.
В своей статье по поводу «яйца-шара» (Антикварное Обозрение, № 3, 2004, с.37) я сделал ВЫВОД: НЕ ВХОДЯ В РАССУЖДЕНИЕ О ПОДЛИННОСТИ (выделено нами – В.С.) стеклянного шара и каменного облака из коллекции Минералогического музея, обратим внимание на зыбкость архивно-исторического обоснования появления этих предметов и претензий на введение в научный оборот в качестве 52-го императорского пасхального яйца».
15. Ваш текст: «Весной этого года "Созвездие цесаревича" РНМ выставил в Археологическом музее вместе с запиской Ферсмана, "подтверждающей" его подлинность. Только письмо это, вопреки ПРЕЖНИМ РАССКАЗАМ (выделено нами – В.С.) Скурлова и Иванова", датировано не 1922, а 1926 годом». Я категорически протестую против каких-то моих «прежних рассказов». «Рассказы Иванова» пусть комментирует сам Александр Николаевич.
Что касается письма академика А.Е.Ферсмана Агафону Фаберже от 19 марта1926 года, то оно было впервые опубликовано в журнале «Антикварное Обозрение» № 4, октябрь 2004. В этом письме речь идет не об яйце, а о ЧАСАХ ИЗ СИНЕГО СТЕКЛА С ГРАВИРОВАННЫМ ЛЬВОМ И ЗОЛОТЫМ ЦИФЕРБЛАТОМ. Часы эти, о которых Агафон Фаберже особенно беспокоился, и коллекция бриллиантов, переданы в Фондовый отдел, как предметы роскоши. "На специальное мое письмо к ним, продолжает академик Ферсман, получен ответ, что все уже обезличено в настоящий момент". Копия письма академика Ферсмана в адрес Агафона Фаберже была предоставлена редакции Русским Национальным Музеем.
16. Я не был на выставке в Археологическом музее в Москве и не видел «экспертного заключения» с моей фамилией. Экспертные заключения я пишу на собственном фирменном бланке и скрепляю подписью и печатью. Вместе с Татьяной Фаберже и Александром Ивановым я написал в № 3, ноябрь 2002, журнал «Антикварное Обозрение» НАУЧНУЮ СТАТЬЮ по поводу факта появления в научном обороте пасхального яйца бывшего императора Николая II. Предмет мы изучали около двух лет.
17. Николай II никогда не заказывал пасхальных яиц заранее, в том числе и весной 1916 года. Царь не знал сюжета очередного яйца. «Ваше Величество будет довольно», - говорил Фаберже в течение года перед Пасхой. Фаберже сам придумывал, изготовлял и предлагал пасхальные яйца к продаже. Если императору не нравилось, он вправе был не приобретать. В 1904 и 1905 гг. в связи с русско-японской войной, не желая обременять личный бюджет императора, Карл Фаберже вообще не предлагал царю пасхальных яиц.
18. Вы пишите, что приобрести яйцо бывший император не мог, потому что находился под строгим караулом и единственным человеком, который посещал Александровский дворец, был Керенский. Исторические источники свидетельствуют, что, помимо Керенского, бывшего императора посещали разные лица. Я изучил массу мемуаров. Например, его посещала великая княгиня Ольга Константиновна. Посетители могли показать бывшему царю само деревянное яйцо, фотографию или рисунок яиц 1917 года и царь мог приказать произвести их оплату. Кроме того, и ранее неоднократно бывали случаи, когда царь, не осмотрев яйцо, приказывал отослать его матери или жене. Так было в 1916 году, когда император находился в Ставке, в яйцо вручал от его имени Фаберже в Петрограде, а фельдегерь вручал другое яйцо в Киеве императрице-матери. Николай II безоговорочно доверял Фаберже.
19. Ваша ссылка на Г.А.Боровика, который встречался с Керенским и ничего не услышал от старца о пасхальных яйцах, а также ссылка на отсутствие в мемуарах Керенского упоминания о Пасхе 1917 года – не убедительна. Разве Генрих Боровик спрашивал Керенского о пасхальных яйцах Фаберже? Если да, тогда что ответил Керенский? Керенский писал о судьбах России. Что ему какие-то личные подарки бывшего царя своей жене и матери.
20. Вы просмотрели дневниковые записи императора (за 1917 год?) и не нашли упоминания о пасхальном яйце. Посмотрите дневниковые записи о пасхальных днях за предыдущие 20 лет. Я проделал это. Записей о пасхальных яйцах от Фаберже практически нет. Тогда что же существует в коллекциях и музеях?
21. Вы пишите, что нет никаких доказательств, что яйцо приобрел Николай II Единственный документ, который мы рассматривали, является оплаченный счет фирмы Фаберже. Подобные оплаты счетов Фаберже и других ювелиров членами б. императорской семьи проходили до декабря 1917 года и позже, когда царская семья была уже в Тобольске. Есть соответствующие документы в Российском государственном историческом архиве.
22. Счет всегда выставлялся за переданное изделие, обычно в течение месяца. 25 апреля 1917 года произошла ОПЛАТА счета Фаберже.
23. Кирилл Владимирович, б. великий князь перешел Финский залив по льду в беременной женой на руках весной 1917 г. Вы пишите, что он с комфортом отбыл в свое имение в Финляндии летом 1917 года.
24. Дом ученых разместился в бывшем дворце Владимира Александровича в начале 1919 года. Следы деревянного яйца встречаются в документах Румянцевского музея в ноябре 1926 г.
25. Почему Вы все время пишите: «согласно упомянутому экспертному заключению», «по мнению экспертов», «эксперты убеждены», «эксперты уверяют», «эксперты попытались понять».
Я - «внештатный эксперт по оценке художественных ценностей», но г-жа Татьяна Фаберже не является экспертом и писали мы с ней научную статью, где есть место научным гипотезам. Когда мы изучали деревянное яйцо в 2000-2001 гг., я еще не был экспертом Министерства культуры. Я никогда не писал, что УБЕЖДЕН, что яйцо «деревянное, внутри которого механический слоник» из дворца Владимира Александровича, является яйцом императорским пасхальным 1917 года. Мы не видели фотографии того яйца, нет его описания, указания веса и т.п.
Но это единственное упоминание о деревянном яйце, со слоником внутри.
26. Когда я рассказывал Вам в 1999 г. о яйце 1892 года, то я говорил о сюрпризе – Слонике с эмалевой фигуркой погонщика, но никак не о МЕХАНИЧЕСКОМ слонике.
27. Я не думаю, что Фаберже мог сделать для великой княгини Марии Павловны деревянное яйцо со Слоником, точно такое же, как для императрицы Марии Федоровны. Не ходят первые дамы государства в одинаковых платьях и украшениях. Кроме того, мне неизвестно ни одно пасхальное яйце для Марии Павловны от Фаберже, ни от любого другого ювелира. Я изучил архивы Марии Павловны и Владимира Александровича.
28. Описания одних и тех же пасхальных яиц настолько различны в разных источниках, что не всегда можно догадаться, что речь идет об одинаковых предметах. "Золотая накладка" и "золотая оправа" деревянного яйца - это одно и то же.
29. Также как и в яйце «Сосновая шишка» и в «Транссибирском экспрессе», в яйце карельской березы из собрания РНМ имеется специальное отверстие для ключика. Вы пишите, что там такого отверстия нет. Вы держали яйцо в руках и не заметили?
30. Есть архивные свидетельства, что Котлер выезжал за границу в 1926 и 1927 гг. В 1929 году он был осужден на пять лет. Неизвестно, сколько отсидел в тюрьме, но в 1935 году, акад. А.Е.Ферсман пишет, что Котлер проживает в Чехословакии. Умер там же в 1953 году. Котлер мог вывезти яйцо в Чехословакию при возвращении на родину в 1930-х годах, как сувенир (без Слоника), но вполне мог продавать деревянное яйцо, всю ценность которого составлял именно серебряный Слоник с восемью большими бриллиантами и 667 бриллиантами огранки «роза». Котлер был специалист по бриллиантам.
31. Неизвестно, почему в 1927 году 24 пасхальных яйца были возвращены в Оружейную палату. Полагаю, это связано с ликвидацией Московского Ювелирного Товарищества и реорганизацией Госторга, а вовсе не затовариванием Запада российским антиквариатом. Осенью 1927 года прошли первые успешные зарубежные продажи российских драгоценностей. Кроме того, и в период 1922-1927 гг. были продано не менее 16 изъятых в 1922 году императорских пасхальных яиц.
32. Не могу понять, о какой "проверке, проведенной Департаментом по охране культурных ценностей Министерства культуры и современным Гохраном, подтвердившей законность перемещения деревянного пасхального яйца Фаберже за пределы СССР и современной России» идет речь? Перечитайте еще раз.
Владелец яйца обратился в Министерство культуры и Гохран с просьбой проверить, не числится ли «яйцо пасхальное из карельской березы» в розыске, не похищено ли оно из государственных хранилищ или музеев. На что получен отрицательный ответ.
33. Если изучить все счета Фаберже с 1885 по 1917 годы, можно однозначно заметить, что за 32 года шло постоянно более подробное описание императорских пасхальных яиц. Если первые пасхальные яйца действительно описаны "телеграфным стилем", то яйца 1911 и 1913 года описаны более чем подробно.
34. Вас удивляет цена «примитивного», как Вы пишите, деревянного яйца 1917 года - 12 500 руб. А меня не удивляет. Цены 1917 года отличались от цен благополучного 1911 года в разы. Директор Московского отделения фирмы Фаберже до войны получал 250 - 400 руб. в месяц, а при Керенском - 1000 руб. Высокая стоимость яйца на 95 % обусловлена ценою бриллиантов. 8 бриллиантов по 2 карата каждый дают в ценах 1913 года – 2 400 руб., цена 667 "роз" - 400 руб. В сумме – 2 800 руб. Казенная цена золота в 1916 году повысилась в 1,45 раза, спекулятивная в 2-3 раз, на бриллианты в 3 раза. Итого, только себестоимость бриллиантов 8 400 руб. Плюс процент прибыли, цена золота и работы и т. д. Цена 12 500 руб. вполне соответствует расчетам.
35. Вы пишите, что Карл Фаберже не расплатился в с Вигстремом, «зажилил денежки». Прочитайте еще раз счет: «Получен в уплату чек на 12 840 руб. за № 706 6032». (Кстати, у Вас постоянно путаница с цифрами, по номеру счета и цене). Получен чек – это не значит, что получены деньги. Чек еще надо предъявить к оплате. Евгений Фаберже совершенно прав - реальных денег фирма так и не получила, а просто чек – красивая бумага.
Я полагаю, Вы не будете публиковать мое письмо. Читатели увидят всю небрежность Вашей работы. Возможно, у Вас есть какие-то аргументы в запасе. Выслушаю их. Оставляю за собой право публиковать мой ответ везде, где найду возможным.
Валентин СКУРЛОВ.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)