четверг, 8 декабря 2011 г.

Лондонский заговор против Фаберже


Александр ЖАБСКИЙ

Более трех лет назад (в июле 2008 года) я рассказал в нашей газете, как в Лондоне судили выдающееся произведение Карла Фаберже - «Яйцо-часы», которые императрица Марии Федоровна, супруга Александра III, подарила своему доктору Иоганну Георгу Метцгеру. И вот та давняя теперь уже история получила на днях неожиданное продолжение.

За лечение царицы и царевен, пострадавших во время крушения царского поезда под Харьковом в 1888 году, доктору Метцгеру пожаловали орден св. Станислава I степени. Примечательно, что официальную награду дополнил тайный подарок императрицы – «Яйцо-часы» работы фирмы Карла Фаберже. Тайный, поскольку недуги императорских домочадцев и сеансы массажа, которые они принимали, всемерно скрывались, а стало быть, не афишировалось и воздаяние за них.
И вот спустя более ста лет в Лондоне, ювелирной столице мира, в Королевском суде рассматривался иск тогдашнего владельца «метцгеровского» яйца Мишеля Камидиана (в той публикации я назвал его Камидяном, что, оказывается, неверно: Мишель попросил уточнить написание его фамилии) к страховой компании «Ллойд». Эта фирма категорически отказывалась возмещать владельцу реальный ущерб, нанесенный ее страхователями – двумя недобросовестными типами — неким Солодковым и Габсбургом. Они взяли у Камидиана шедевр Фаберже для демонстрации на выставке в Америке, а когда вернули, оказалось, что у яйца появились дефекты – две ветки лилии из букета и один цветочный бутон сломаны, а затем неумело прилажены на место.
Кстати, согласно выписке из протоколов лондонского суда, которые только теперь стали мне доступны, это дело рук Гёзы фон Габсбурга. Читаешь эти бумаги и диву даешься, как нелепо он вел себя на процессе: «Я чувствую вещи Фаберже одним местом («gut feelings»)», - эту фразу Габсбург повторил на суде более десяти раз! Да и вообще: «Сперва (в 1992 году) я думал, что часы-яйцо Метцгера, не Фаберже - об этом я написал в1994 году в «Art+Auction» (журнал для коллекционеров об арт-рынке, искусстве и коллекционировании; с декабря 2008 года выходит и в России. - А.Ж.). Позднее, в 1999 году, я был убежден, что это Фаберже, а сейчас думаю ,что все-таки не Фаберже!». По всей вероятности он думал как раз «одним местом»...
Хорош и Солодков! Он подделал документы и подпись. В течении семи лет он утверждал, что это не он, а потом-таки признался. Теперь уголовное дело на сей счет будет рассматриваться во Франции.
Хватало на процессе и другой беззастенчивой лжи, основанной на корысти и вопиющей некомпетентности. Например, Габсбург заявил на процессе: «Не понимаю, как мог Мозер сделать механизм, если он покинул Россию 1870-х, так что извините!»
- А я буквально на днях - 5 декабря 2011 года - видел в архиве прошение фирмы «Мозер и Ко» за 1909 год о присвоении ей звания Поставщика Высочайшего двора, где представитель фирмы утверждает, что фирма основана в России в 1832 году, - со смехом говорил мне известнейший исследователь творчества Фаберже, наш земляк Валентин Скурлов, которого, с согласия сторон, суд привлек в качестве эксперта. - И никогда Мозер Россию не покидал...
Валентин Васильевич знает, что говорит: он всемирно признанный знаток истории фирмы Фаберже. Это ведь именно он заметил и обосновал подлинную сенсацию: купленное в начале 2004 года российским олигархом Виктором Вексельбергом пасхальное яйцо «Весенние цветы» красной эмали в виде кошелька, сюрпризом которого является платиновая корзинка с цветами из камня, – ни что иное, как фальшивка.
Скурлов и эту реликвию, представшую перед судом, изучал весьма усердно: в 1992 году на выставке визуально, через витрину, а в 1994 году в Париже и в 2005 году в Лондоне – с лупой 10-кратного увеличения, как положено по госстандарту. И в первых двух случаях никаких повреждений не замечал! А вот при исследовании яйца в 2005 году содрогнулся: две ветки и бутон сломаны... «Так что Мишель Камидиан свой уникальный раритет фактически утратил», - огорченно сказал мне тогда Валентин Васильевич, вернувшись с очередного судебного заседания в британской столице.
Но, как показали итоги процесса, лишился Камидиан и адекватной денежной компенсации от страховой компании с мировым именем. Ответчики и приглашенный ими на подмогу известный в аукционных кругах Стивен Дэйл, который является всего лишь знатоком, но никак не экспертом (ведь эксперт, в отличие от знатока, может научно доказать свое мнение и отстаивать его на суде под присягой), утверждали, что это якобы вообще изделие не фирмы Фаберже, а «неизвестного происхождения».
- Это было откровенное вранье, - возмущался Валентин Скурлов, - ибо часах сохранились фрагменты клейм: российского пробирного с цифрами «88», что означает пробу серебра, соответствующую 916-й метрической, а также фирмы «Фаберже». К тому же, а часовом механизме написано по-французски: «Генри Мозер и Ко, Санкт-Петербург», что означает: он изготовлен здесь! А ведь Стивен Дэйл утверждал, будто яйцо сделано где-то в Европе, а футляр с логотипами Фаберже подобран к нему уже после...
- Да и вообще это горе-эксперт нес сущую околесицу, - продолжал Валентин Васильевич. - Например, ляпнул, что Фаберже... находился под влиянием Бушерона и Картье! Бедный компиляро Фаберже! - язвительно качал головой Скурлов. - Или вот: «Мастер Август Хольминг руководил эмалевыми работами в фирме». Как вам понравится такое заявление? Это что новое в истории фирмы! Ведь главным эмальером у Карла Фаберже был Николай Петров, а Август Хольминг — лишь один из мастеров. Вот такие познания у этого Стива Дэйла...
Но хотя атрибуция раритета таким специалистом с мировым именем, как наш соотечественник и земляк Валентин Скурлов, в итоге лондонским судьей под сомнение поставлена не была, яйцо, вопреки неопровержимым фактам, объявили «не Фаберже». В результате владельцу бесповоротно испорченного шедевра выплатили за поломку смехотворный 1% - всего 1 тысячу фунтов стерлингов (хотя в 1991 году на аукционе «Сотбис» это же самое яйцо было продано за 100 тысяч фунтов!), словно это может компенсировать потерю человечеством ценности, подобной которой в мире наберется мало. Кроме того, на Мишелся повесили и судебные издержки. Вот он, кстати, Высший Королевский суд. А мы еще ворчим:  «басманный суд» и «басманное право». В Лондоне ничуть не лучше!
В итоге Мишель, в сущности проиграв иск против Солодкова, Габсбурга и страховой компании «Ллойд», оказался в сложной ситуации. Своим адвокатам (которые, как выяснилось, были в сговоре с адвокатами выигравшей стороны) он задолжал 450 тысяч фунтов. Кроме того, Камидиан должен был уплатить по 45 тысяч фунтов адвокатам Солодкова и Габсбурга и, напомню, возместить судебные издержки в Королевском суде в размере 500 тысяч фунтов. Итого - миллион фунтов стерлингов! Если учесть 2007 году фунт равнялся 1,9 доллару, то — почти два миллиона долларов.
В погашение этих издержек были арестованы вещи из коллекции Мишеля, которые остались с выставки 2000 года в Америке: он нарочно (и опрометчиво, как считает Валентин Скурлов) не забирал яйцо Метцгера от устроителей выставки с того времени, упирая на то, что отдавал его целым, а всучить ему хотели поломанное.
Казалось бы, все! Но, оказывается, смычка нечистоплотных антикваров и ложных экспертов типа Стивена Дейла со всемирно известной и самой большой в на планете страховой фирмой продолжает действовать!
- Пострадавшая сторона - коллекционер Мишель Камидиан сообщил мне, что конфискованные у него антикварные вещи работы Фаберже (более двух десятков), в том числе и сам объект тяжбы - «Яйцо доктора Метцгера» выставлены теперь в Лондоне на один малозначащий аукцион - Rosebery's Fine Art Auctioneers, - рассказал мне при встрече Валентин Скурлов. - Продажа назначена на 13 декабря. Цена за яйцо установлена в размере всего-то 2500 - 3000 фунтов стерлингов. Атрибуция предмета - «в стиле Фаберже». По таким же смехотворным ценам предлагаются и другие подлинные вещи Фаберже из коллекции Камидиана. Они также атрибутируются как «в стиле Фаберже».
- Вот что делают с клиентом и подлинными предметами, когда не хотят платить солидную страховку.., - многозначительно заключил знаменитый эксперт.
Между тем, как рассказал Мишель Камидиан, во время того лондонского процесса по поводу нанесения «увечья» шедевру Фаберже все газеты обозначали цену «Яйца Метцгера» в 10 миллионов долларов.
- И это совсем не кажется фантастикой, - заметил в нашем недавнем разговоре Валентин Скурлов. - Вспомним: это яйцо в 1893 году стоило 2000 рублей. Теперь сравним: императорское «Коронационное яйцо», обошедшееся в 1897 году в 5500 целковых, при продаже «Форбсом» в 2004 году Вексельбергу, было оценено в 18-24 миллиона долларов.
Так что в Лондоне вершится настоящий заговор — против истории России, царской семьи, Карла Фаберже, доктора Метцгера и его семьи, вообще искусства. А также и против Валентина Скурлова и коллекционера Мишеля Камидиана, которые разоблачили шайку мошенников и шарлатанов, выдающих себя за «экспертов» русского искусства и порочащих его. Ведь, между прочим, ни Габсбург, ни Дейл даже не знают русского! А найденный в Бельгии эксперт по металлу оказался экспертом по металлу археологическому...
Еще один персонаж этой истории - Андрей Ружников, арт-дилер с мутной биографией, обитающий с 1980-х годов в Калифорнии. Ружников прославился как дилер при продаже в 2004 году коллекции «Форбса» Вексельбергу.
- Мы с Татьяной Фаберже, - рассказывал мне Валентин Скурлов, - стали для него врагами после того, как объявили одно из яиц - «Весенние цветы» в этой коллекции фальшивым. - В том же году Ружников выступал соавтром книги того самого Гёзы фон Габсбурга, посвященной коллекции теперь уже Вексельберга. В этой книге они с Габсбургом беспардонно переписали сведения из нашей с Татьяной монографии «Императорские пасхальные яйца Фаберже» и украл 7 фотографий из нашей книги, а также у других авторов.
Так вот этот самый Ружников на суде объявил, что готов поспорить до своего последнего цента, что яйцо-часы - не Фаберже, «австрийской работы». Между тем, еще в 1999 году он специально приезжал в Париж к Камидиану по поручению одного крупного клиента для переговоров о покупке у коллекционера этого шедевра совсем не по цене ширпотреба «австрийской работы», а за 3,5 миллиона долларов! Правда, тогда сделка не состоялась. А через неделю Камидиану позвонил Солодков и сообщил о предстоящей выставке - «самой крупной в Америке» и предложил встретиться.
 Вот какой в действительности был интерес к яйцу-часам Метцгера! Для этой цели Солодков и Габсбург даже приезжали в Питер к Валентину Скурлову за справкой о стоимости уникальных часов.
Вот такие деятели — эти «эксперты», на поверку оказывающие алчными проходицами. Вообще мир Фаберже, где вращаются миллионы, очень опасный, здесь много нечистоплотных деятелей, которые нажили себе авторитет до 1991 года, когда невозможны были архивные исследования в российских архивах.
- В этих условиях Солодков, Габсбург, Сноуман, Ружников напродавали столько «фаберже», что страшно становится, - сокрушается Валентин Скурлов. - И всеми усилиями стараются сохранить за собой эту лакомую нишу, этот золотой рынок Фаберже. Так что мы с внучкой Карла Фаберже - Татьяной и другими русскими исследователями и руководителями русских отделов аукционов «Кристи» и «Сотбис» и честными — но такими наивными! - коллекционерами типа Мишеля Камидиана для них как кость в горле.

Комментариев нет:

Отправить комментарий