суббота, 5 ноября 2016 г.

Радио СВОБОДА.


  • Книга М. Золотоносова "Охота на Баснер" и история подделок русской живописи
  • Петербургский культуролог и публицист Михаил Золотоносов следил за делом искусствоведа Елены Баснер и публиковал обстоятельные статьи в издании "Город 812". Теперь они собраны в книге "Охота на Баснер", выпущенной издательством "Мир", – почти 800 страниц.
  • Чтение вовсе не утомительное, потому что речь идет о детективной истории, в которой завершившийся весной судебный процесс не поставил финальной точки: Елена Баснер оправдана, однако мы до сих пор не знаем, кто подделал картину Бориса Григорьева "В ресторане", которую через посредника Леонида Шумакова приобрел в 2009 году коллекционер Андрей Васильев. Подделка оказалась столь безупречной, что знаток русского искусства Елена Баснер решила, что это подлинный и замечательный Григорьев. На следствии выяснилось, что картину привез в Петербург гражданин Эстонии Михаил Аронсон, загадочная фигура – его показаний суд так и не услышал. Андрей Васильев решил, что Елена Баснер, зная, что оригинал картины хранится в Русском музее, из корыстных  соображения дала ложное заключение. Искусствоведа отправили под домашний арест, который мог бы перерасти во вполне реальный срок, но суд, после долгих разбирательств, вынес оправдательный приговор. Михаил Золотоносов считает решение суда абсолютно справедливым.
  •  

– У вас в книге есть потрясающая вставная новелла – история эксперта Тетерятникова. Должен признаться, я никогда эту историю не слышал, мне бы хотелось, чтобы вы ее рассказали нашим слушателям.

 Про Владимира Михайловича Тетерятникова мне сказал Васильев в телефонном разговоре. Я никогда не слышал о Тетерятникове. Оказалось, что в узких кругах это очень известный человек. Потому что после того, как моя статья о Тетерятникове вышла в журнале "Город 812", нам несколько писем о нем написал знаменитый исследователь Фаберже Валентин Скурлов. В книге глава про Тетерятникова дополнена письмами Скурлова, он был лично знаком с Тетерятниковым. Это был реставратор, искусствовед, эксперт, который из Москвы в 1975 году переехал в Америку, в Нью-Йорк. Там он обратил внимание на коллекцию русских икон, принадлежавшую одному американскому миллионеру, которую продавали на аукционе "Кристис". Фирма Тетерятникова по заказу некоторых музеев начала изучение подлинности икон. У него эта коллекция вызвала большие сомнения в подлинности. В результате выяснилось, что все эти иконы  подделки, а оригиналы находятся в Третьяковской галерее, где Тетерятников некогда работал. Он об этом сообщил, аукционный дом подавал на него в суд, там целая длинная история, изложенная Тетерятниковым в статье в журнале "Континент", еще в советский период она была опубликована, а потом уже в 90-е годы появилась статья в газете "Культура" в Москве. Выяснилось, что миллионер в 1936 году купил иконы в Торгсине, а в Москве в одном из архивов обнаружились материалы о том, что была в Москве в 1920–1930-е годы целая фабрика по изготовлению икон-подделок. Дело в том, что традиция шла с глубоких дореволюционных времен. Мстёра считалась центром изготовления подделок, то есть икон под, допустим XVII, XVI век. То, что написал Тетерятников, сводится к следующему: Грабарь возглавил целое государственное предприятие, в котором работали мстёрские мастера с дореволюционным стажем, на продажу за границу они лудили эти самые иконы XVI–XVII веков, а миллионеры их покупали, те, которые интересовались русской живописью. Потому что, допустим, Арманда Хаммера интересовала исключительно западноевропейская живопись, которую и тащили из Эрмитажа, кстати, не только из Эрмитажа, из Царскосельского дворца, например, тоже многое ушло тогда в ходе этих продаж. И Тетерятников такую детективную историю про фабрику икон во главе с Грабарем раскопал.

– То есть фабрики подделок, о которых говорил Васильев, существовали с 30-х годов, это не мифология, а они существовали под эгидой государства.

 Вы поймите, фабрика подделок во главе с Грабарем, существовавшая в 20–30-е годы, и картина Бориса Григорьева поддельная, которую некий Аронсон или человек, назвавшийся этой фамилией, принес Баснер, – это разные истории. Мстёрских мастеров давно нет на свете. Нельзя было на такой основе строить мифологию, посредством которой обвинять Баснер. Разные истории!

– Разные. Но мифология – не совсем мифология, она опирается на факты и историю.

 Факты и история со временем всегда превращаются в мифологию, Владимир Яковлевич Пропп неслучайно написал книгу про исторические корни волшебной сказки. В мифологию "фабрики подделок" можно вписать кого угодно. Что касается Васильева, то приговор показал, что он сочинил триллер, в который вписал Баснер как центральную криминальную фигуру. Между тем объективными доказательствами это не подтверждено. То есть то, что сделал он, – это его фантазии, его злонамеренные выдумки, ложные предположения; то, что сделал орган следствия, это полный непрофессионализм, плоды которого не подтвердились в суде. Вот, собственно, и вся история. А так как у нас из уголовных дел только 0,4% в судах имеют оправдательные приговоры, то естественно, что орган следствия и вся сторона обвинения, включая Васильева, надеялись, что при такой статистике все проскочит и Баснер осудят. Но не проскочило.

Комментариев нет:

Отправить комментарий