воскресенье, 5 июня 2011 г.

Интервью с Алексеем де Тизенгаузеном


Газета ИЗВЕСТИЯ. 01 июня 2011.
 СОЦРЕАЛИЗМ ПОДОРОЖАЕТ.
 Глава русского отдела Christies  Алексей Тизенгаузен – о предстоящем аукционе и моде среди коллекционеров.
 6 июня в Лондоне Christies  проводит аукцион русского искусства. Главный хит предстоящих торгов – полотно «Парижское кафе» Репина, которое художник написал во французской столице в 1875 году. Оно оценено в 3 – 5 миллионов фунтов стерлингов. Глава  русского отдела  Christies Алексей Тизенгаузен  рассказал парижскому корреспонденту «Известий» Юрию Коваленко, как он разыскивает шедевры отечественного искусства.
 ИЗВЕСТИЯ: Как в ваши руки попало полотно Репина, которое, кажется, никогда не выставлялось?
 АЛЕКСЕЙ ТИЗЕНГАУЗЕН:  Эта уникальная работа находилась в Стокгольме в коллекции шведского бизнесмена, который купил её в России в 1916 году. Вместе с ней продаётся несколько десятков рисунков, эскизов и этюдов к «Парижскому кафе».
 И: Насколько я понимаю, Christies делает упор на русскую классику? Среди топ-лотов работы Шишкина, Айвазовского, Поленова, Коровин, Григорьева, а также произведения Фаберже, серебро, фарфор и бронза.
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Это не совсем так. На будущем аукционе мы продаём около двадцати картин современного искусства из собрания знаменитого коллекционера Георгия  Костаки. Это работы Немухина, Краснопевцева, Целкова, Кабакова, Рабина, Зверева.
 И: Часто ли вам везёт в вашем поиске?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Я работаю в Christies почти 25 лет. Самое интересное в нашем бизнесе – розыск вещей, которые считались пропавшими. В 1991 году мы обнаружили работу Ореста Кипренского «Портрет князя Гагарина» Именно тогда Русский музей впервые купил картину на аукционе. Целую коллекцию работ Константина Сомова мы нашли в семье, которая жила под Парижем. Они не знали, что это такой дорогой художник. В Америке мы напали на полотно Верещагина. Несколько лет назад мы продали русский маршальский жезл.
 И: Много  ли в мире осталось неизвестных шедевров русского искусства?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Их мало, но они, несомненно, есть. Необязательно картины лежат забытыми на чердаках. Порой люди просто не отдают себе отчёт, каким ценностями они обладают.
 ИЗВЕСТИЯ: Ваши клиенты – а это в подавляющем большинстве русские – коллекционеры или инвесторы?
 АЛЕКСЕЙ ТИЗЕНГАУЗЕН: Коллекционеры. Я не думаю, что среди тех, кто покупает русское искусство, есть инвесторы чистой воы. Те, кто собирает с душой, знают, хорошие работы встречаются всё реже. Если сегодня не купить картину дорого, через пять лет вообще ничего не найдёшь. Поэтому и цены так высоки. Однако это не инвестиции. Три года назад разразился кризис, но люди не расстались с полотнами. Они предпочитали продавать что-то другое.
 И: Кризис на рынке искусства миновал?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: И да, и нет. Может, стало меньше покупателей, но они сохранили любовь к русскому искусству и его покупают. И цены на лучшие работы растут.
 И: Узок ли круг коллекционеров, готовых заплатить за картину несколько миллионов фунтов стерлингов или евро?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Пожалуй, таких людей в мире всего десяток-полтора. Но русские всё охотнее покупают и западное искусство.
 И: Как решается проблема с картиной Бориса Григорьева «Одалиска», которую на аукционе Christies купил за 2,9  миллиона долларов купил Виктор Вексельберг? Наши эксперты пришли к выводу, что она поддельная.
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Через год в Лондоне будет суд. Он и решит вопрос.
 И: В чём уникальность русского искусства?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Ещё тридцать лет назад аукционные дома имели русские отделы. Но цены тогда были другими. Никто не собирал Зинаиду Серебрякову – её можно было купить за гроши. Помню, когда я начал работать в Christies мы с трудом продали картину Левицкого  всего за 6 тыс. фунтов стерлингов.   Сейчас всё изменилось – за него готовы платить огромные деньги.
 И: Именно на аукционе Christies были установлены рекордные цены на Айвазовского, Репина, Шишкина, Верещагина, Левитана. В прошлом году вы продали картину «Вася» Петрова-Водкина за наивысшую для этого художника  сумму – 1,8 миллиона фунтов стерлингов.  В чём секрет успеха?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Мы стремимся находить лучшее, но вы никогда не знаете, на что будет следующая мода. Настоящий рынок русской живописи начался всего лет десять назад. В годы перестройки коллекционеры неожиданно открыли для себя советский агитационный фарфор.
 И: Похоже, приходит мода на соцреализм? Картины этого направления всё чаще появляются на торгах и стоят больших денег.
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Чтобы понять, интерес это или мода, надо немного подождать. Действительно, уже сейчас работы Александра Дейнеки уходят за большие деньги. Но часто  забывают, что аукцион не диктует рынку. Он ему только предлагает. Рынок «делают» покупатели.
 И: Занимаетесь ли вы поиском произведений искусства в России?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Разумеется, в России можно найти замечательные вещи. В стране много частных коллекций. Но у вас такие законы, что работы трудно вывезти. Поэтому я предпочитаю искать и продавать в Европе и в Америке.
 И: Ваши интересы выходят за рамки искусства. Недавно вы издали в России книгу «Преображенцы в Великую и Гражданскую войны. 1913 – 1920 годы». Она написана русским эмигрантом Сергеем Андоленко, который стал французским генералом.
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Мой дед – Михаил Шаховской – был секретарём объединения бывших офицеров Преображенского полка. Несколько лет назад  я нашёл чрезвычайно интересную рукопись генерала Андоленко, добавил 250 фотографий и издал.
 И: Значит, вы из княжеского рода Шаховских, который происходит от самих Рюриковичей? Кем приходится вам известная писательница Зинаида Алексеевна Шаховская?
 ТИЗЕНГАУЗЕН: Она двоюродная сестра моего дедушки. В своё время Зинаида Шаховская мне много рассказывала о России…

Комментариев нет:

Отправить комментарий