понедельник, 20 июня 2011 г.

Xудожники – камнерезы Урала и Сибири XX – XXI веков. Творческая деятельность художников и мастеров Урала в области камнерезного искусства.


                                               В.В. Скурлов, историк ювелирного искусства, эксперт Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ
Xудожники – камнерезы Урала и Сибири  XX – XXI веков.  Творческая деятельность художников и мастеров Урала в области камнерезного искусства.
       В статье  дается  обзор состояния  камнерезного искусства уральско-сибирского региона последнего 20-летия. Рассмотрены  работы, позволяющие выявить основные тенденции развития этого вида декоративно-прикладного искусства на современном этапе.
Ключевые слова: камнерезное  искусство, Урал и Сибирь, постсоветский период.
       Произведения, созданные  в 1990-2010 – гг., свидетельствуют о заметном оживлении камнерезного дела – представлены все способы обработки цветного камня, центром которого, по-прежнему является Екатеринбург.  Художеcтвенно - стилистический анализ  ведущих уральских художников-камнерезов проведён нами на основе коллекции Н. Овчинникова [1].   
       Урал – центр  России, средоточие русского духа. Уральская столица Екатеринбург, в отличие от космополитичных Петербурга и Москвы  имеет свои родовые творческие традиции и особенности. Для местных мастеров приоритетной является национальная идея. Строгая последовательность, которую можно было бы определить как «уральский классицизм», сочетается с бережно хранимыми народными мотивами, уральским видением древне - , старо -  и  новорусского стилей. На Урале своя «Невьянская школа иконописи».
     Заботливое сохранение традиций не  тождественно  с провинциальным отставанием. Возрождение национальной русской культуры,  ювелирной и камнерезной  в том числе, происходит в провинциях. Надо побывать в екатеринбургских художественных музеях, в том числе единственном в России Музее истории камнерезного и ювелирного искусства, чтобы понять душу уральского камнереза и ювелира. В Екатеринбурге не было такой мелкой пластики в серебре, бронзе, фарфоре, слоновой кости, дереве – как в Петербурге, но  было то, чего не было в столице – мелкая пластика заводов  Касли и Куса. В Касли до 1928 г. работал скульптором Константин Александрович Клодт.  В 1920-е гг. скульптор исполнил много моделей, в том числе бюстики  вождей: Маркса, Энгельса, Ленина, Дзержинского. В Омске в художественном техникуме работал его брат Евгений Клодт, составивший альбом казахского орнамента.  Оба брата в 1890-х гг. работали штатными сотрудниками Московского отделения фирмы Фаберже. [2]      Другая особенность екатеринбургского ювелирного стиля – это «евразийство», понимаемое как синтез европейской и азиатской культур.  Екатеринбуржцы  гордятся тем, что их город расположен на границе Европы и Азии.  Европейские и азиатские элементы диковинным образом переплетаются в орнаментике изделий, производя каждый раз впечатление свежего замысла, отнюдь не эклектического и насильственного соединения.
       «Старик Фабержей» из Петербурга, которого уральский писатель-сказочник  Бажов упоминает как высшего авторитета в ювелирном искусстве,  не отказался бы взять в  свою команду современных ювелиров-камнерезов Урала, таких как Борис Харитонов, Александр Жуков, Алексей Антонов, Дмитрий Емельяненко, Антон Боровиков (погиб в 2006 году в автокатастрофе), Евгений Казакевич,  Александр Леверов,  Григорий Пономарёв, Денис Богомазов   и других.
        «Мне кажется, - рассказывал заслуженный художник РФ Борис Харитонов, - Фаберже очень точно выразил душу русского ювелирного искусства, а именно – стремление к разнообразию, к совершенству и самовыражению. Русское ювелирное искусство – это непрерывное познание себя, познание России» [3].   Урал в целом – это зона повышенной биоэнергетики. Не случайно, Карл Фаберже покупал камень для своих мастерских именно в Екатеринбурге. Здесь, на границе Европы и Азии, - зона разлома тектонических глыб, особая биоэнергетика камня и биоэнергетика человеческих рук, прилагаемых к этому камню. 
        Сто лет назад ситуация с уральским  камнерезно - ювелирным искусством рассматривалась иначе. Франц Бирбаум   указывает, что «иногда каменные изделия приобретались от  Екатеринбургских кустарей и отдавались для исправления недостатков, улучшения полировки на указанных заводах (небезынтересно отметить, что стоимость этих исправлений большею частью превышала цену, за которую они были куплены)» [ 2, С. 32]
     «Сношения фирмы, продолжает Бирбаум, с уральскими производителями до 1914 года носили чисто случайный характер. Время от времени они приносили нам кое-какие изделия. Работы эти большей частью были неудовлетворительные во всех отношениях. Больно было смотреть на прекрасные камни, испорченные невежественной обработкой. Фирма приобретала эти изделия ради камней, ломали их, спасая отдельные части, или, когда это было возможно, исправляли дефекты рисунка и обработки» [Там же]
       О развитии камнерезного искусства в 1920-1980 гг. в Свердловске мы имеем скупые сведения. Известно, что уральские камнерезы исполняли карту СССР для выставки 1937 года в Париже и 1939 года в Нью-Йорке.  Город был закрытым для иностранцев. В отличие  от Ленинграда, где на рубеже 1970-1980-х годов проявила себя «группа Монастырского», а ещё раньше прошла выставка Коноваленко, у свердловских камнерезов было мало шансов получить  зарубежную известность, и познания в зарубежном искусстве камня были слабее. 
      Иногда  противопоставляют Екатеринбург Петербургу, забывая, что у Петербурга   население в четыре раза больше и двести лет был столицей империи. Оба города имеют много геологических заведений и геологических музеев. Любовь к петрографии в крови уральцев.  Но количеством изделий сейчас взяли уральцы. Говорить, что их изделия рангом ниже петербургских было бы неверно. Это вещи, рассчитанные на другие категории покупателей.
       Одним из первых в Екатеринбурге в начале 1990-х гг.  фигурки стал исполнять художник-камнерез Сергеев, фирма «ЯХОНТ и  Ко». Он создал целую коллекцию для руководителя  «Золото - Платиновой компании» г-на Тимофеева Н.И.  В той же фирме «Яхонт»  работал Илья Боровиков. Традиционно со времён Фаберже лучшие камнерезы Санкт - Петербурга были выходцами с Урала. Теперь же мы наблюдаем интересное явление: талантливый камнерез с Урала Илья Боровиков обучался почти целый год изготовлению фигурок в Петербурге, в фирме «Эболи». Петербургский художник Сергей Фалькин приехал в город на Неве из Забайкалья.  Два года работала в Петербурге  иркутянка Наталия Бакут.
      Собирание предметов камнерезного искусства имеет свою особенность. Здесь не надо  тщательного поддержания климатического режима, как в произведениях живописи.  Предметы менее габаритны, легче перемещаются на выставки, меньше реставрации.  Стоимость  предметов уже сравнима с дорогими полотнами знаменитых художников –  неизбежны издержки на охрану.
      В советское время не было предметов собирания, камнерезное искусство замерло в своём развитии на 70 лет. Коллекционеры в СССР были, собирали Фаберже, но называть имя придворного ювелира не рисковали. Среди собирателей  люди высокого вкуса и воспитания: композитор Исаак Дунаевский, балерина Зинаида Гельцер, актриса Любовь Орлова, семья Утёсовых, акад. Курчатов и первые советские космонавты.  Из современных коллекционеров   отметим семью народного артиста СССР Иосифа Кобзона (у него в коллекции около 200 «человеческих» каменных фигурок), московского бизнесмена Леонида Владимировича Макаревича – одна из самых больших коллекций фигурок, банкира Искандера   Муртазина  (более 100 «человеческих» фигурок уральских мастеров). Профессор Николай Иванович Тимофеев из Екатеринбурга,  самый первый еще на рубеже 1980-1990- х годов,  стал собирать «каменных человечков» (более 70) и  толчок развитию резьбы по камню на Урале и коллекционированию.
       Николай Овчинников – один из самых известных в России коллекционеров камнерезного искусства. Он собирает произведения мелкой камнерезной пластики, созданные ведущими мастера Екатеринбурга в течение последних 20-ти лет. Гордостью коллекции являются программные, знаковые произведения, сыгравшие важную роль в развитии  камнерезной школы  постсоветского  Екатеринбурга, работы  талантливых уральских художников.
       Коллекционирование произведений художников  территориальной школы, да еще такой разнообразной, как уральской, требует незаурядного художественного чутья,  «художественного стержня».
       Друг Фаберже, проф. Н. Могилянский  говорил о  «роскоши коллекционирования», которую мог позволить себе придворный ювелир. [4]Н. Могилянский. Некролог. Фаберже и петербургские ювелиры. 1997. – С.
 Акад. Павлов,  говорит о коллекционировании, как «инстинкте цели». Без талантливого, знающего  коллекционера нет успешного художника.
       Сейчас  нет таких «всеохватных» коллекционеров, какими были сам Карл Фаберже и его второй сын Агафон  Карлович. Они собирали «всё». У Агафон  Фаберже  было в 1935 году 8 камнерезных «человеческих фигурок» серии «русские типы», из которых пять ранее принадлежали царю. Отметим концептуальную  составляющую любой коллекции,  которую ей коллекции сообщил собиратель, принцип, избранный  по его творческой воле. Набор предметов приобретает новую гармонию и новое звучание. Разнообразие принципов очень большое.
       Коллекция Николая Овчинникова имеет  не только художественную, но уже и историческую  ценность, поскольку  предметы, изготовленные в 90-х годах прошлого века  практически отсутствуют на художественном рынке,  владение ими является  целью  для меценатов и поклонников камнерезного искусства.
       Творчество Анатолия Жукова диссертант наблюдает  с 1996 г.   Прошли годы,  они были насыщены творческим работами. В  монографию о камнерезных «человеческих фигурках  «К. Фаберже и его продолжатели», 2009 [5] включены такие произведения А. Жукова из коллекции  Н. Овчинникова, как персонажи «Русской киноклассики» фильмов «Кавказская пленница», «Белое солнце пустыни»,  фигурки Николая II,  «Филиппка», серия  бюстов великих людей.  Анатолий Иванович, в отличие от некоторых уральских мастерских, не замыкается на «объёмной мозаике» (так называют на Урале «блокированную скульптуру»), он работает во всех направлениях (анималистика, флористика, бюсты, кабинетские вещи, вазы, пьедесталы),  много занимается реставрацией.  Работает один,  изредка прибегая к помощи ювелиров.  Количество,  и главное - качество сделанного за последние годы поражает. Анатолий Жуков – кавалер «Орден Денисова – Уральского (знак  № 1) награды Мемориального фонда Фаберже. 
       Анатолий Иванович много путешествует, в этом он близок семейству Фаберже.  Путешествия (Китай, Германия, Таиланд, Египет и другие страны) позволяют  художнику взять лучшее из мирового  искусства,  осознать место уральских камнерезов  в мировом культурном пространстве. А. Жуков  реставратор высшей категории, участвовал в атрибуции человечески фигурок» Фаберже и реставрации предметов из коллекции Павловского музея – заповедника.
      Анатолий Жуков -  родоначальник  новых направлений: кинематограф (композиция «Белое солнце пустыни»), литературных композиций: «чеховиана» в память 150-летия со дня рождения  писателя: «Ванька Жуков», «Злоумышленник», «Хамелеон»  (2010 год).  «Филиппок» шагающий, отличается от аналогичных статических классических работ мастеров Фаберже,  тоже новое слово.  Творческий конкурент, но друг по жизни Анатолия Жукова мастер – художник Алексей Антонов теперь принципиально исполняет фигурки в динамике, часто закреплённые в одной точке – ноге на пьедестале.
       Мало равных Анатолию Ивановичу в работе с горным хрусталём, капризным материалом, требующим бережного отношения, но чрезвычайно выигрышного при создании серии портретных бюстиков, которых Анатолий Иванович изваял более трёх десятков. Анатолий Жуков – мастер новой формации, унаследовал традиции как Фаберже, так и Денисова - Уральского. Он исполняет бюсты не только людей, но и собак, например «Голова овчарки», на  пьедестале параллелепипеда с эффектно скошенной верней поверхностью.  Чувствуется архитектурное образование. Такой же фантазийный пьедестал у «Ворона» и «Птицы». Пьедестал – сильнейший аргумент, работающий на образ. Не все российские мастера это понимают. Анатолий Жуков  любит зверей. Используя классический русский  подход, скульптор лепит неожиданные забавные и уморительные позы животных. Его «Кролик»  отличается по форме от аналогичных «кроликов» Фаберже, но  отличается и по обработке поверхности. Крупными фактурными мазками решена шкура «Лягушки», там,  где немецкие мастера применяют многодельную точечную фактуру.  Звери у Анатолия Ивановича имеют характер, как – будто что говорят, например «Кокер – спаниэль» или умный «Ворон» в очках. Большого художника  не сковывают рамки классического реализма. Смотрим на формообразование тела  «Птицы» Здесь, тот  случай, когда художник идет «от камня», показывает его красоту,  не копируя объект по орнитологическим справочникам. Удачной находкой  «Птицы» является яркий красный клюв, выразительно обогащающий образ.  Большой художник  всегда  философ. Это видно в осмыслении Анатолием Жуковым категорий и явлений, вынесенных  в названиях вещей: «Одиночество», «Бабье лето», «Хрустальный сон», «Свежий ветер», «Утро».
       В коллекции Н. Овчинникова  творчество Анатолия Жукова представлено в динамике,  интересна для анализа,  с точки зрения развития идей,   традиционных и новых технологий и материалов. В каждом из этих направлений шла не только эволюция, но и революционные прорывы.  
      Художник Халемин начинал с резьбы по дереву, сам родом из Нейво-Шайтанки, известное место для геологов, там находилась геологическая партия, у него там остался дом от родителей, поэтому живет и в Екатеринбурге  и Шайтанке,  этакий самородок - самоучка,  его работы есть из  кахолонга. Изделия   включены в монографию Музея камнерезного и ювелирного искусства Урала. Халемин  пробовал работать и с твердым камнем, но перешел на талькохлорит, работает и в анималистике, жанровые сценки (деревенская тема),  в последнее время много делает разных обезьян.
       Мастер Кияткин живет в Березовске. Его рост очевиден, многие работы зрелые, хотя   художественного образования нет, и иногда это чувствуется. Владеет оригинальной гранью, напоминающей гранение богемского хрусталя, но не геометрическую, а соответствующую оперению птицы («Птица»). В «Голове козерога» обращают внимание выразительные глаза животного и владение матировкой и полировкой. «Баклан» запоминается огромной рыбой, а «Голова кабана» замечательная, отличается от многочисленных «кабанов» других мастеров. Вытянутая фигура «Барса» замечательна своей пластикой и блестящей шкурой.
      Одной из жемчужин «овчинниковской» коллекции является каменный удав (композиция «Схватка»). У Фаберже были серебряные звери, мастер Загорский пополнил мировой серпинтарий каменным объектом. В собрании редкие для отечественной фауны осьминоги и скорпионы,  коллекция имеет и познавательное значение.  Это тоже традиция:  Денисов – Уральский исполнял для детей императора многочисленных животных разных пород и видов – ещё одна традиция.
      Из прочих работ отметим «Мопса» в стилистике немецких лапидаров XVII века и прекрасного «Волка» - инталию,  в стиле уральских камейных работ.
      Отец и сын Загоревские  огранщики,   Сергей (отец)) занимается только огранкой, а сын  Иван еще  ювелир, получали дипломы выставок, в том числе и "Ювелирного Олимпа" в Петербурге. Сергей  Загоревский  -   одни из лучших гранильщиков Урала. Именно такие мастера продолжают великую традиции. «екатеринбургской грани», возрождают это понятие, рождённое на  Всемирной Парижской выставке 1900 года. Работы Загоревских -  камни группы кварца,  фантазийной огранки, крупного и очень  размера,  более 500 карат,  оправа - подвижная,  камень в ней качается как в кресле качалке, поэтому камень в движении лучше играет…
      Каменной анималистика  на Урале  известна  давно, ею занимались не без успеха, но часто на уровне кустарно – лубочном уровне,  есть традиции.   Только в последние 20 лет в камнерезное искусство пришли художники, владеющие высоким ремеслом.    Если рассматривать место Дмитрия  Емельяненко в региональном аспекте, то он, на Урале  один из одарённых.  Творческий  почерк Емельяненко узнаваем и во всероссийском и международном контексте.  Его вещи – желанные объекты коллекций в России и за рубежом.  В 2010 г. исполнилось 25 лет после окончания Д.  Емельяненко Художественного училища № 42, где он получил специальность «резчик по камню». Высшая камнерезная технология мастера безусловна ощущается.  Заметно и влияние старшего товарища Анатолия Жукова, с которым Дмитрий работал в одной мастерской (в 2001 году). Такие пересекающиеся контакты очень полезны для мастеров и в целом повышают творческий потенциал уральской школы.  Дмитрий, в отличие от многих своих добросовестных резчиков – земляков ещё и художник. У него выработался свой стиль, лаконичный, построенный на контрастах (белое – черное, подставка и предмет), который можно определить как «реалистический авангард».  Блестящим объектом  «от Емельяненко» в коллекции является «Улитка». Даже у Фаберже и Денисова – Уральского  не наблюдается  столь запоминающейся «Улитки» по техническому  исполнению и «подаче» камня.  Художник  владеет приёмами золотого сечения,  прекрасно размещает объекты на постаменте. Так его постамент по «Бегемотом»  напоминает шехтелевский постамент под знаменитым памятником Александру  III  работы Паоло Трубецого.  Вряд ли думал об этом шедевре русской скульптуры Дмитрий Емельяненко, когда творил «Бегемота», но поскольку законы эстетики едины,  он попал в точку.  Может автор исполнять и классические блокированные многокаменные фигурки,  но перестал их делать в конце 1990-х гг. Автор не боится относительно больших размеров.  Его «Такса» не так мала для мелкой пластики, но в больших размерах есть опасность обнаружить изъяны обработки камня, чего автор блестяще избежал.  Следует заметить, что размеры фигур мелкой пластики имеют тенденцию к увеличению, что связно с влиянием спроса богатых заказчиков на Востоке. Кроме того, интерьеры предполагаю исполнение каминных и больших настольных фигур. В этом отличие работ современных камнерезов от дореволюционной пластики, когда Верфель, Сумин и Денисов – Уральский исполняли камнерезных зверей и птиц размером в 2 – 3 см. Теперь Анатолий Жуков смело исполнил  «Петра   из разных камней, высотой 60 см, что было  немыслимо во времена Фаберже, Алексей Антонов «Ермака» высотой 80 см. 
      На 12 лет моложе Дмитрия Емельяненко художник Денис Богомазов. Он закончил  Нижнетагильское  училище прикладного искусства, в совершенстве владеет техникой обработки камня и большим вкусом  выборе нужного колорита  в богатейшей гамме природных уральских и сибирских камней.   В творчестве Дмитрия явно чувствуется мощная тема Эроса («Искушение Евы», «Запретный плод»). Тема не простая, подвластная только большим мастерам (классический пример – Роден).  Ещё Франц Бирбаум рекомендовал включение в учебный курс ювелиров – камнерезов «рисование обнажённой натуры», справедливо полагая, что без знания красоты женского тема не может быть настоящего художника. Надо отметить, что опять же, на тему Эроса 100 лет назад уральские ремесленники не творили, да и в русской живописи тема была запретной (первый -  Басин «Сусанна и старцы).  Богомазов молодой, но очень упорный, одарённый  мастер, есть и желание и терпение.
        Из произведений Виктора  Моисейкина запомнился классический «Охотник», решённый в реалистической «перовской» манере, за что уральские камнерезы получили от  искусствоведов наименование «передвижников».  Особенность «Охотника» - решение в двух контрастных цветах, чёрном  и  жёлтом. Это напоминает колористическое решение «Городового» работы Фаберже. Постамент из красивого камня болотного цвета. Работа демонстрирует  незаурядное  качество обработки камня и попадание в художественный образ.
       Неизменны в любой  русской коллекции изделия из кости, «Мамонты» и «Тройки», русская резьба по кости имеет замечательные традиции, здесь есть из чего выбирать и радовать.
        Коллекция Н.  Овчинникова  отличается в части расширения художественных направлений от аналогичных классических коллекций. Невозможно было бы представить в старой коллекции многофигурных, сюжетных постановочных, этюдных, почти театральных  композиций, какими украсил собрание Анатолий Жуков (например, по чеховскому рассказу «Хамелеон»). Первым такой опыт  осуществил для Фаберже уралец Петр Кремлев в 1915 г., исполнив по модели Георгия Савицкого композицию «Ледовоз» (коллекция Минералогического музея им. А. Е. Ферсмана). Но это был единственный опыт.   Затем эту тему блестяще продвинул театральный художник Василий Коноваленко  (его многочисленные «Чаепития» в пруду» и подобные гоголевские сценки). Сейчас многофигурные композиции чаше исполняют именно уральские мастера, против петербургских.  
         Исходя из анализа коллекции,  можно нарисовать  портрет её обладателя. Собирателю  чужд  тезаврационный подход. Мало  дорогого ювелирного обрамления, главенствует камень. Видно предпочтение горному хрусталю, кварцам, уральским яшмам, халцедонам, «теплым камням».  Юмористическая направленность наблюдается в позах и физиономиях каменных зверей и птиц. Юмор признак силы и ума. Таким коллекционером был собственно и сам Карл Фаберже.  Коллекционер  понимает толк в фактурах обработки камней, что выдает знатока. Возможно, эти знания благоприобретённые, по мере формирования коллекции. У владельца хороший классический литературный  и кинематографический вкус (произведения А. Жукова). Очевидно взаимовлияние художника и заказчика.  Это прекрасно, поскольку на базе классического традиционного образования можно  (и нужно) рождать «прорывные» направления в искусстве, условно называемые «авангардными».  Авангард был и будет всегда, в том числе в камнерезных коллекциях.  Через несколько десятилетий  он становится классическим искусством, ему приходит на смену новый авангард. Новые поколения мастеров обучаются, изучая коллекцию. Заметен переход от обезличенных вещей Екатеринбургской Императорской Гранильной фабрики, по проектам, присланным из Петербурга,  к авторскому, самобытному и многогранному искусству рубежа XX  - XXI.  Уральцы стали самодостаточными,  работают на собственный рынок,  не работают для Парижа  (Картье) и Петербурга (Фаберже), хотя утрату этой традиции ещё надо осмыслить.  Прорыв очевиден, он связан с высвобождением  творческой энергии талантливых художников Урала, несмотря на  проблемы коммерциализации и отсутствие государственной поддержки искусства Коллекционер  Овчинников творит колоссально  нужное  дело, это вклад в российскую культуру, это художественно  развитый человек,  с заданной эстетической  программой, большой патриот. Исследования социологов показывают, что с понятием «патриотизм» более половины россиян связывают «сохранение традиций» Вывод: художник, работающий в классических народных традициях и развивающий их – подлинный российский патриот, как и собиратель-коллекционер.
    «Екатеринбургская камнерезная мастерская»  основана в 2000 году группой мастеров под руководством Евг. Казакевича. К 2008 году исполнено более сотни фигурок.
       Казакевич Евгений Александрович родился в 1977 г. в Свердловске. Отец – рабочий завода «Уралмаш», мать – продавец книжного магазина. После 9 класса Евгений поступил в  художественное ПТУ № 42, получил  специальность «резчика по художественной обработке камня». Обучался у Надежды Николаевны Сухачёвой, которая проработала в училище более 30 лет. Сама она училась у воспитанников Татаурова. В училище  помнят, как делали цветы (революционные красные «гвоздики») на юбилей генерального секретаря Л. И. Брежнева в 1981 году. Всё послевоенное время в училище был предмет «камнерезная пластика», о чём свидетельствует экспозиция учебного музея.
       После двух лет армии, в августе 1997 года, Евгений Казакевич, вместе со своим товарищем по училищу Алексеем Зефировым пошли к Илье Боровикову. Илья также обучался с ними в одной группе у Н. Н. Сухачёвой. У Ильи в 1997 году уже было помещение и станки. Стали работать вместе. С 1999 г. Евгений работает самостоятельно. К нему пришёл в качестве художника Сергей Веснин. Он закончил Екатеринбургский институт архитектуры по специальности «декоративно-прикладное искусство». Веснин – из знаменитого клана архитекторов Весниных.
       Казакевич, Веснин и Зефиров начинали втроём. К 2008 г. в фирме работает уже более 20 чел., все – выпускники  ПТУ № 42. Специализация мастерской -  камнерезные фигурки.       
     «Идеологию вещей разрабатываем сами, рассказывает Евгений Казакевич, - согласуясь с требованиями рынка.  Вещи в лучших частных коллекциях страны и за рубежом. Мастера  предлагают свои идеи. Уральские мастера применяют более широкую палитру камней, чем в Петербурге. Правильный подбор камней – это целое искусство. В Петербурге камнерезы больше используют халцедон для изображения лица и рук, очень любят нефрит,  чаще ставят глаза-сапфиры снаружи. Глаза получаются неживые, выпуклые. В «ЕКМ» своя технология постановки глаз – изнутри, в результате глаза получаются как живые. Сейчас (2007 год, интервью) в нашем творчестве интересный период – от стилизации мы переходим к академической школе. Это тоже требование рынка. Пополнение приходит прямо  из училища № 42, все выпускники Надежды Николаевны Сухачёвой. Но из десятка новичков через год остаются только один – два человека,  решившие посвятить себя камнерезным фигуркам. Но не только молодёжь. В зрелом возрасте пришёл в фирму Чернаков Геннадий Исаакович, ему  было за 50 (раньше он хорошо рисовал),  обучался в фирме, а теперь уже имеет ряд своих работ, одна из которых в Музее-салоне «Самоцветы» в Москве».   [6].
      Самой выдающейся  в художественном плане и в  организационном  отношении в Екатеринбурге  в настоящее время  является мастерская Алексея Антонова (1973 г.р.), которая работает в режиме творческой студии,  сочетает исполнение эксклюзивных изделий с высшим профессиональным обучением. Руководитель её закончил  Художественное ПТУ № 42 (сейчас лицей «Рифей»), педагог -  заслуженный  работник профтехобразования  Надежд Сухачева. Камень знает с детства, поскольку отец – профессиональный каменотёс, ставил памятники в городе. Помимо несомненных знаний каменной пластики и многих секретов уральской технологии работы с камнем, Алексей Антонов счастливо сочетает предпринимательский талант, что является редкостью у художников.  У него есть группа  хороших клиентов – коллекционеров. Кризис 2008 года позволил руководителю студии  собрать всех лучших мастеров города в один коллектив. Так же как Фаберже, Алексей Антонов большое внимание уделят созданию комфортных условий для работы (питание, отдых).  В ателье рождаются новые технологии исполнения «человеческих фигурок». Любимая тема здесь «Танцы народов мира». «Есть целые энциклопедии танца» более 3000 иллюстраций, на мою жизнь хватит»- рассказывает камнерез. ПО желанию заказчика исполняется модель в пластилине, после одобрения модель идёт в работу. Весь цикл занимает 25-35 дней.  Копий практически нет. Особенность студии (принципиальная, как пояснил Антонов) – все фигурки исполняются в динамике. У Антонова природное генетическое «чувство камня», прекрасное пластическое мышление. Он подлинный лидер не только своей мастерской, но и всего города. Не случайно, вслед за Анатолием Жукову, он в 2008 году получил «Ордена А.К. Денисова-Уральского» (знак № 2), награду Мемориального фонда Фаберже.   
       Отличие многочисленного уральского сообщества камнерезов, в том, что здесь меньше представлено старшее поколение, практически нет людей старше 55 лет. Из старшего поколения можно отметить только заслуженного художника РФ Борис Харитонова (1938-2009), но строго говоря, он не был «чистым» камнерезом, сочетая в себе талант в первую очередь ювелира и гравёра высочайшей квалификации и резчика по кости. С камнем он не успел поработать в полной мере, преждевременно ушёл из жизни. Самые опытные Анатолий Жуков и Александр Леверов (оба 1955 г.р.). Остальные , в подавляющем большинстве принадлежат к группе «молодых» по нашей классификации, 1971 г.р . и моложе. Но и здесь есть градация. Конечно, Алексей Антонов в этой группе уже считается признанным мэтром.  Есть и талантливая молодёжь, например,  Алексей Зефиров, 1988 г.р., исполнитель замечательных «военных фигурок»,  который в настоящее время заканчивает Архитектурную академию.  Условно, поколение Алексея Антонова и его ровесников, с многими из которыми он обучался в Художественном ПТУ № 42 можно назвать «семидесятниками»:  это  Илья Боровиков (1977-2006), Евгений Казакевич (1977 г.р.),  Виктор Моисейкин (1973 г.р.) , Роман Яшкин (1975 г.р.), Денис Богомазов (1978 г.р.). В этой большое отличие молодых екатеринбургских мастеров от их коллег из Кунгура, среди которых как раз преобладают мастера возрастом за 55 лет, со стажем работы в отрасли не менее 35 лет.  Выбранный  нами анализ биографий оказался оправданным для классификации разнородной группы уральских мастеров.        
      Изучая проблему  развития  Уральско-Сибирской камнерезной школы, её дифференциации  на региональные  школы,   а также с целью составления «Словаря камнерезов России»,  автор   предпринял несколько поездок на Урал и в Сибирь, проехав в 2009 году по маршруту Транссибирской магистрали до Владивостока, а в 2010 году до Иркутска, посетив города  Киров, Екатеринбург, Омск, Новосибирск, Красноярск и Иркутск.  В ходе исследования было выявлено, что     развитие  камнерезного  искусства в уральско - сибирской провинции повторяет путь развития  авторского  камнерезного и ювелирного  направления в Ленинграде (Санкт - Петербурге) и  Москве, пройденный в 1970-1990 гг. Это образование группы элитарных художников, имеющих, и главное, создающих свою клиентуру. В этом и есть диалектика категорий пространства и времени. Культурная провинция перестаёт быть послужным потребителем столичных новостей. Авангард рождается в провинции.
       В Уральском, Сибирском и Дальневосточном  федеральных округах проживает  около  40 млн. чел., в том числе в Уральском округе - 12,6 млн. чел., в Сибирском  - 20,5 млн. чел. Территория СФО составляет 30% территории России. В Дальневосточном округе  проживает -  6,7 млн. чел. (2002 г.), больше, чем во всей Прибалтике.  Численность населения  трёх округов 27 % от общероссийской,  здесь сосредоточено более 90 % каменных месторождений страны.   Часто  искусством начинают заниматься геологи или коллекционеры камня. В этом  сходство с Петербургом, который три века  центр геологической науки в России.  Во Владивостоке и Хабаровске первые  ростки камнерезного искусства рождаются в недрах  предприятий геологоразведки,  бывших  мощных региональных отделений системы «Союзкварцсамоцветы» (добыча стратегического камня – кварца), однако в Хабаровском и Приморском краях    нет  квалифицированного художественного руководства и  креативных идей в камнерезном искусстве.
       Была проанализирована  информация из профессиональной периодической печати: журналов «Русский Ювелир», «Ювелирное Обозрение», «Ювелирная Россия», «Навигатор ювелирной торговли», «Grafo-Платинум», «Сизиф»  и других;  электронной газеты «Российской Ювелирная сеть», каталогов ювелирных выставок – ярмарок, каталогов музеев,  итоговых документов конкурсов ювелирного искусства: «Ювелирный Олимп» (Выставочное Объединение «Мир Камня», Санкт - Петербург), персональных каталогов художников, материалов научных конференций музеев, коллоквиума «Ювелирное искусство»  Государственного Эрмитажа, материалы Всероссийского музея ДПИ и народного искусства,  ответов из провинциальных музеев на запросы автора.  Часто вопросы ставили сотрудников музеев в затруднительное положение (в Хабаровске, Кемерово, Новокузнецке, Владивостоке, Чите), так как последние 20 лет пополнения  коллекций камнерезного и ювелирного искусства практически не было,  при отсутствии финансирования.  Системной работы по составлению списков камнерезов и ювелиров практически никто не ведёт.  Музейщики боятся работать с изделиями из драгоценных металлов и камней, а пожертвований  в музеи практически нет. В постсоветском пространстве нет монографических исследований и справочников, фиксирующих состав камнерезов  и ювелиров – художников,  какие были даже в советское время.  «Золотая кладовая» есть только в Омском художественном музее и Екатеринбургском музее истории камнерезного и ювелирного искусства, но в художественных музеях Новосибирска, Барнаула, Красноярска, Иркутска и других – отсутствует.
        Региональный принцип  изучения  оказался  оправданным. Было выявлено возникновение новых ювелирно-камнерезных  центров в самостоятельной России,  в том числе возрождённых,  как «иркутская ювелирная школа». Здесь усилиями проф. Л.М. Лобацкой при Иркутском Политехническом институте (технический университет)  с 1996 г.  готовят ювелиров с высшим образованием,  с основательной  подготовкой по камнерезному искусству. Развитие новых ювелирно-камнерезных  центров в Новосибирске, Красноярске, Барнауле, Хабаровске и других городах является некоей компенсаций от потери  мощных украинских и закавказских заводов, которые производили до половины всего объёма ювелирной отрасли СССР.
       В референтную группу художников Урала и Сибири, творчество которых было изучено,  попали 34 чел. Среди  них не было «чистых» ювелиров, все они в большей или меньшей степени работали с камнем. Сейчас  нет также и «чистых» камнерезов. Многие владеют двумя специальностями, поскольку ювелирное обрамление занимает много времени и затрат.  В группу попали в ювелир  С. Квашнин из г. Кирова, художники-камнерезы  А. М. и А.В. Овчинников из г. Кунгура Пермской области  (все члены Союза художников).  Екатеринбург:  ювелиры: Б.Н. Харитонов (1938-2009; заслуженный художник РФ, проф. Н.  Кузнецова ,  В. Хахалкин,  С.А. Пинчук – все члены Союза художников; В. В. Бобров (руководитель ювелирного производства, в прошлом  ювелир),  камнерезы  А.И. Жуков,  А. Н. Антонов, члены Союза художников;  Омск: Ольга и Владимир Крышковец, члены СХ.  Новосибирск: В.К. Павлов (член СХ, председатель жюри конкурсов ювелиров), М. Балдин, В. Зеленцов, Д. Мертвецов, камнерез Д. Гутов (1964 - 2008). Горно - Алтайск: камнерез Трифонов. Томск: ювелир А.Э. Дюсьметов.  Ангарск: Д. Л. Коршенбойм, О.В. Селиванчук, Иркутск: ювелиры-камнерезы  Аркадий и Наталия Лодяновы (заслуженные художники РФ) Д. Беломестных; известный скульптор и ювелир Даши Намдаков (член СХ);  камнерезы Н. Бакут (член СХ) и В. .Крюков (кандидат геолого-минералогических наук, председатель Творческого союза камнерезов и ювелиров Восточной Сибири). Улан-Улан-Удэ: Д. Будажабэ (член СХ).         
      В конце 2010 г. в Екатеринбургском музее изобразительного искусства открылась выставка «Авторское ювелирное и камнерезное искусство Урала и Сибири постсоветского периода (1990-2010 гг.)",  на которой  автор  выявил ряд работ и  имён художников.  
         Пермская камнерезная школа. Пермская группа камнерезов представляет  собой сложившийся коллектив, сконцентрированный вокруг комбината «Уральский камнерез» в пос. Красный Ясыл Кунгурского района.  Особенность творчества этой группы определена мягким камнем, месторождения которого открыты в конце XIX  века  известным камнерезов А. Свечников из Екатеринбурга, сотрудничавшим с Фаберже и Картье. Обработка мягкого камня не замирала в советские годы, она   имеет свои технические и художественные секреты, предметы их кунгурского камня имеют свой рынок.   Предприятие  с большими традициями работы с мягким камнем,  камнерезное училище поставляет   выпускников. Есть  лидеры – заслуженный художник РФ Овчинников Анатолий Моисеевич (1939 г.р.), заслуженный учитель РФ Овчинников Анатолий Васильевич (1948 г.р.  К старшему поколению,   принадлежат Овчинникова  Фаина,  Овчинникова Т.В. (много лет преподавала в Кунгурском училище); Карманов  В.П. (1935 г. р.), Кривошёков  С.С. (1942 г.р.; основатель династии камнерезов, работает с сыном и внуком), Абляшев Р.Г (1950 г.р.). Более молодыми, но уже опытными мастерами-художниками являются Нечаев С.О (1959 г.р.) и Гнатюк В.В. (1964 г.).  Художники Кунгура неоднократно завоевывали призовые места на выставках камня, имеют выход на зарубежный рынок.  Пропагандирует  творчества  кунгурских камнерезов  член Союза  художников РФ Наталия Кимбер  (Москва).
      Башкирская  камнерезная школа.        Новый центр камнерезного искусства фактически создан в последнее 20-летие  в Башкирии, Основателем  мастерской стал А. Нигматуллин, который  в 1991 г. вместе с Вдовиным создал МП «Артель».  В это время на предприятии работают и  творчески растут такие мастера как Л. Чебан, А. Журавлёв (исполнил первую в Башкирии мозаичную картину), И. Калашников (один из лучших специалистов по каминам из камня), В Пересторонин (сейчас совладелец камнерезной фирмы в Петербурге). В 1995 г. А. Нигматуллин меняет концепцию мастерской, переориентируется на создание башкирской школы художественного камнерезного мастерства, во что вкладывается весь доход филиала. Из предприятия, производящего высококачественные унитарные изделия, мастерская превращается в центр обучения художников-камнерезов. При поддержке заслуженного художника России Саитова Э.М. в Уфимском государственном институте искусств при художественном отделении создана группа камнерезно - прикладного искусства, в которой А. Нигматуллин ведёт преподавательскую работу и практические занятия. Среди его учеников талантливые мастера И. Рахматуллин и П. Мурашкин. В это время создаются высокохудожественные панно в технике флорентийской мозаики. При Художественном училище № 155 директор Л.В. Крылова создаётся отделение подготовки мастеров – камнерезов, базовым предприятием для которых является «Артель».  В 1999 г. делаются первые опыты производства объёмной мозаики (мелкой пластики) в стиле Фаберже.   После поездки в Германию в 2000 г.,  предприятие  ориентируется  на монументальные панно в технике флорентийской мозаики и осваивает технология  столешниц в стиле XVIII века.  В 2000 г. А. Нигматуллин  создаёт Учебно-производственное предприятие народно-художественных промыслов «Артель-ФМ» (флорентийская мозаика), целью которого является создание башкирской школы художественного камнерезного мастерства.  В 2004г. создаётся предприятие «Артель – флорентийская мозаика». Новым художественным направлением, захватившим  художников,  становится постижение тонкостей в изготовлении объёмной пластики.  Визитной карточкой «Артели» являются «человеческие фигурки» на тему башкирского эпоса.  На предприятии работает более 40 чел. По мнению специалистов – изделия флорентийской мозаики из Уфы –  лучшие в стране. Этому способствуют богатейшие запасы яшм и других камней Южного Урала, известные уже  несколько столетий. С предприятием сотрудничает художник-камнерез из Екатеринбурга А. Леверов, проводивший в Уфе в течение последних трёх лет  мастер-классы.     
       Алтайская камнерезная школа.     В республике Горный Алтай,  с начала 1990-х г. успешно работает художник-камнерез А. Трифонов, воспитавший  несколько десятков мастеров, использующих в своей работе богатейшие запасы алтайского природного камня.  Старый центр обучения и производства, после нескольких десятилетий застоя возрождается на базе завода им. Ползунова,   до революции  это  Колыванская  императорская шлифовальная  фабрика.  Особенностью ассортимента двух алтайских центров камня  является переориентация с массивных предметов (чаш и ваз) на  изделия  в стиле «фаберже», но с местными особенностями. Последние годы алтайцы активно работают с петербургским художником Ярославом Ксенофонтовым,   проходят обучение  у мастера в Петербурге.                          
        Иркутская камнерезная школа.  «Творческая студия Наталии Бакуит» известна своими работами, совместно с иркутскими ювелирами Д. Коршенбоймом, О. Сливанчуком и Д. Беломестных. Если Денисова-Уральского  ещё при жизни называли «поэтом камня», то Наталию Бакут можно назвать «поэтессой камня», с её женским пониманием красоты. В произведения «Творческой студии» видны личные вкусы руководителя, тема лошадей, которая в бурятском Забайкалье считается сакральной.  Как никому, Наталии удаётся передавать в камне, чаще в кварце, красоту обнажённого  женского тела. Кварц  капризный, сложный материал, но благодарный к тому, кто овладеет его обработкой.  Мелкая камнерезная пластика всегда будет востребована среди коллекционеров. В работах  Наталии Бакут и студии   плодотворное  реалистическое художественное направление одухотворено  благородством помыслов и соединением имманентно присущего иркутянке  элегантного петербургского стиля (художница родилась с Ленинграде)  с сибирским размахом, с чутким отношением к натуральной природе.  У Наталии ещё одна ипостась – она талантливый педагог. Благодаря таким деятелям в историю  вписывается Иркутск  как столица камнерезного искусства Восточной Сибири. Наталия Бакут  - личность с индивидуальным , сложившимся творческим почерком – эта узнаваемость высшая форма реализации художника. 
     Новосибирск. Потенциал для создания собственной камнерезной школы есть. Город – столица федерального города, крупнейший город Сибири,  в Академии  архитектуры и декоративно-прикладного искусства готовят технологов ювелирного производств, регулярно проводятся ярмарки «СибЮвелир».  В городе работают два выдающихся ювелира: Виктор Павлов и  Марк Балдин. Пока  только один художник-камнерез Д. Мертвецов, бывший геолог, что обусловило тему его творчества – большую серию нефритовых бронтозавров.  У мастера есть и серия столь популярных камнерезных «солдат» в ретроамуниции.   Рано  ушёл из жизни  талантливый  камнерез Шипов (1984-2008),  великолепно резал из камня фигурки животных и работал с  семейной фирмой «Зеленцов» (отец и два сына), которые на высшем исполняют композиции – настольные украшения в  стилистике Фаберже, с обширным применением   уральских и сибирских камней, отдавая предпочтение нефриту.
Резюме.  В 1990-2010-х гг.  происходит перманентное прогрессивное развитие камнерезного искусства уральско-сибирского региона, возникновение новых и возрождение старых центров, появление нескольких десятков новых имён, из которых выдвигаются лидеры-художники и художники-воспитатели (по акад. Рыбакову «волхвы - хранительник»), хранители лучших традиции художественной обработки камня.  Развитие, как и в центре России (Петербург, Москва) происходит с опорой на собственной силы, силами молодого поколения (до 30-40 лет), без действенной помощи государства и организаций Союзов художников. Последние сами переживают не лучшие времена. В городе действенная подготовка ювелиров и камнерезов, функционирует единственный в стране Музей истории камнерезного и ювелирного искусства, который провёл уже 10 конкурсов Имени А.К. Денисова-Уральского, выходит журнал «Графо-Платинум» (с 2001 г.), отражающий проблемы уральского ювелирного и камнерезного искусства, проводятся научные конференции с тематикой уральского камня, оказывают значительную помощь коллекционеры.
Литература:
Камнерезное искусство Урала. Коллекция Николая Овчинникова. Каталог. Екатеринбург, 2010. - 192 с., (в каталоге 143 предмета)
Т. Фаберже, В. Скурлов.  История фирмы Фаберже. СПб.:  1993. – С.38.
Б. Харитонов. Мои встречи с Фаберже // Фаберже и  его продолжатели. СПб, 2008, с. 564-565.
Н. Могилянский. Некролог. Памяти К.Г. Фаберже // Фаберже и петербургские ювелиры. 1997. – С. 622.
История фирмы Фаберже. СПб.: 1993. – С. 32
Е. Казакевич  Екатеринбургская камнерезная школа // Фаберже и его продолжатели. СПб.: 2009. – С. 530-535.  
Отражение. Творческая Студия Наталии  Бакут. Выставка в Константиновском дворце. Санкт-Петербург30 марта-29 апреля 2011. Буклет. – С.18.








Комментариев нет:

Отправить комментарий