среда, 28 января 2009 г.

ЛАТВИЯ.

ФАБЕРЖЕ и ЛАТВИЯ.

Карл Фаберже не хотел уезжать из России и Петрограда. Он выехал после 24 сентября 1918 года с дипломатической миссией (скорее всего английской) на родину отца, в бывшу. Лифляндскую губернию, главный губернский город Ригу. Но 18 октября была провозглашена независимая Латвия, и Пярну – родной город отца и деда, а до того уездный город Лифляндской губернии, отошел к независимой Эстонии. Выехал Карл Фаберже из Петрограда по российскому заграничномц паспорту, полученному от комиссара ЧК Александра Соломоновича Иоссилевича, серетаря убитого тремя неделями раньше председателя Петроградской ЧК Моисея Соломоновича Урицкого. Получить разрешение на выезд Ио 20-летнего комиссара Иоссилевича было делом непростым. Ровестница Карла Фаберже княгиня Клейнмихель в своих мемуарах рассказывает об издевательстивах со стороны этого мальчишки-комиссара во время процедуры получения заграничного паспорта. Иоссилевич был расстрелян в 1937 году.
  Основанием для выезда было лифляндское происхождение деда и отца Карла Фаберже. «Похабный» Бресткий мир давал возможность уроженцам земель, оккупированных германскими войсками, пепемещаться на родину отцов, чем кАрл Фаберже не преминул воспользоваться, хотя очень не хотел уезжать. Но уже в конце декабря красные войска повели наступление на Ригу и захватили её 5 января 1919 года. Советская власть в Ригке продержалась пять месяцев. Естественно, что в декабре 1918 года Карл Фаберже нес стал дожидаться прихода красных и срочно выехал в Германию. Его маршрут лежал в Бад Хомбург и Висбаден, любимые места русской аристократии. Эти места он хорошо знал. В латию он болше не вернулся, поскольку возникла проблемы со здоровьем, да и политическая ситуация была не ясна. Рижский договор Советской России с панской Рошейи соответствующие договоры с независимыми прибалтийскими государствами вновь разрешили возвращение в Прибалтику уроженцев этих земель.
  В 1923 году бывший главный бухгалтер фирмы Фаберже Отто Отович Бауэр вернулся из Петрограда на родину – в Латвию. Отто Бауэр родился в 1978 году в Митаве (теперь Елгава). В Латвии, в Риге, у Фаберже проживали дальние родственники, друзья и бывшие сотрудники фирмы. В 1927 году ни дали знать Евгению Фаберже, проживавшему в Париже, что Отто Бауер жиёт явно не по средствам, а именно – купил огромную усадьбу Мудупи, несколько десятков гектаров в 32 километрах от Туккумса (Туккумч уездный город в 80 колометрах от Риги.. Был сделан вывод о том, что наверняка Бауэр не передал наследникам средства от ликвидации имущества фирмы Фаберже. Именно Бауэр оставался в Петрограде и Москве и получил от Карла Фаберже доверенность на ликвидацию имущестива. По общепринятым правилам, после сметри Карла Фаберже (24 сентября 1920 года) Отто Бауэр должен был получить новую доверенность у наследников главые фирмы на продолжение тех же дел и отчитаться за предыдущие действия. Бауэр по приезде в Латвию сообщил наследникам, что ничего из имущества Карла Густавовича он передать не может, так как «всё отняли чекисты». Но откуда же деньги на покупку усадьбы?» - спросил Евгений Фаберже. Приехав в 1926 году в Ригу. Бауэр уклонился от ответа. Пришлось прибегнуть к помощи адвоката. Ходатаем по делам Евгения Фаберже стал профессор юриспруденции, составитель первого латвийского уголовного кодекса, бывший министр юстиции в перовом правительстве свободной Латвии Пауль Минц. Выбор мэтра был не случайным. Это был друг детства г-жи Лидии Александровны Фаберже, урождённой Трейберг, супруги Агафона Карловича Фаберже, родившейся в 1875 году в Риге. Он, кончно, быда заинтересовагнным лицом, поскольку доля наследства Агафона Карловича завещанием Карла густавовича переходила пятерым сыновьям Лидии и Агафона.
  Что сделал проыфессор Минц?. Видя упорство Бауэра и нисколько не сомневаясь в том, что Бауэр утаил деньги Фаберже, профессор добился заключения бывшего бухгалтера под стражу. Двух недель за тюремной решёткой тому оказлось вполне достаточным. Бауэр обещал передать сохранившиеся у него ценности, был выпущен из тюрьмы и действительно передал некоторые ценности Евгению и при этом вручил последнему расписку, что у него ничего больше не осталось. От даже предлагал часы из жилетного кармана – «единственную ценность», которая у него осталась. Часы ему Евгений оставил.
  В августе 1936 года Бауэр умирает. Возникает спор о наследстве. Надежда Матвеевна Санфанд (бывщая супруга Бауэра), вышедшая к тому времени замуж за известного архитектора Бирзниека, нанимает адвоката Шах-Назарова защищать интересы своих несовершеннолетних детей. Перед смертью Отто Бауэр переда какую-то коробочку с ценностями своей сестре Элизабе Тро, но не успел распорядиться по поводу этих сокровищ. Надежда Матвеевна считает, что эти ценности должны принадлежать её детям. Естественно, обо всём этом Надежда Санфанд-Бирзниек, экс-Бауэр рассказывает своему адвокату. Шах-Назаровы – рижские армяне. Армянкой по матери была и Надежда санфанд.
  И вот в 1937 году Евгений Фаберже получает из Риги Риги письмо следующего содержания (написано по-русски):

  «Рига, 19 января 1937 года.
  Милостивый государь, господин Фаберже.
  Несколько лет назад, когда Вы были в Латвии и отобрали у г-на Бауэра в его имении вещи, принадлежавшие фирме «К.Фаберже». Вас особенно интересовало одно ценное жемчужное колье, но, к Вашему несчастию, среди найденных и отобранных у г-на Бауэра вещей этого колье не оказалось. Г-н Бауэр успел до Вашего прибытия спрятать его с рядом других, очень ценных вещей. Ныне мне удалось узнать место. Где это колье и другие ценности находятся. Среди них имеются 13 штук колец с крупными бриллиантами и цветным камнем, ещё одно жемчужное колье, несколько кулонов и ряд платиновых вещей.
  Если Вас ещё интересуют эти вещи и за Вами имеется ещё право на их получение, я бы мог Вам указать точное их местонахождение…
  Должен Вам указать, что, помимо этих вещей, спрятан г-ном Бауэром и ряд других вещей в другом месте. Среди последних вещей, как я узнал, имеются стенные часы из чистого золота. Местонахождение этих вещей, я думаю, узнаю позже.
  О Вашем решении благоволите сообщить мне по адресу: Riga, Jura Alunana Jela, 1 dz. 5. Sergei Chah-Nasaroff  
  Сергей Шах-Назаров.»
  Я проверил по справочникам «Вся рига». Действительно. В конце 1930-х годов был такой присяжный поверенный Шах-Назаров. Правда, не Сергей. А Георгий. Возможно, Сергей был его брат или родственник. В апреле 1996 года я познакомился с одним нашим эмигрантом-художником в Нью-Йорке. Он, выслушав историю про бухгалтера Бауэра. Вокликнул: «А ведь я знал Сергея Шах-Назарова из Риги. Это было в середине 1940-ъ годов в Киргизии. Я был тогда мальчиком. Сергей был сослан из Латвии. Он ещё научил меня кататься аерхом на лошади. Крепко ненавидел советскую власть». Что ж, у Сергея Шах-Назарова были основания не любить советскую власть.
  По заданию старшего брата Евгения Александр Фаберже выехал в Ригу. Он живёт в феврале-марте 1937 года в гостинице «Метрополь». В ожидании суда по спорному имуществу Бауэра Александр ходит по магазинам, ищет вещи Фаберже, на которые с лёгкой руки братьев Хаммера в конце 1930-х годов после длительной экономической депрессии, появился спрос, особенно на «фантазийные вещи» (каменные игрушки, цветы и т.п.). «В нескольких магазинах я спрашивал, но нигде нет наших вещей», - пишет он боату в Париж. «Есть тут ювелир Юрисон, будто бы работал у нас в Питере (у Вигстрёма?)», - продолжает он. Евгений отвечал, что не помнит такой фамилии. Очень жаль. Дело в том, что Юрисон владел двумя альбомами рисунков мастериских Хольмстрёма 1909-1915 годов. Семья Юрисона продала в начале 1980-х годов эти альбомы лондонскому антиквару Абрахаму К.Сноуману. Познакомься тогда Александр с Юрисоном в Риге, эти альбомы остались бы в семье Фаберже.
  21 марта того же года Александр Карлович Фаберже выехал на автомобиле в имение Отто Бауэра, что в 32 км от Туккумса. С ним ехал адвокат Виллис Хольцманис со своим помощником Фриденбергсом )Фриденбергс после Второй мировой войны жил во Франции, его знал Евгений Фаберже) и душеприказчиком детей Бауэра адвокатом Кавасом, его помощником и полицейским. В имении жил только сын Отто Оттоича Бауэра, тоже Отто.. Он отказался указать то место, где зарыты сокровища, сославшись на незнание. Тогда принялись за работу сами. «Нужно было вынуть дрова, наваленные в голубятке, - примерно сажени три, не меньше. Верхний слой земли, сантиметров 30 был мягкий, а дальше совсем промёрзло, и, несмотря на все старания, ничего не удалось найти, ибо нельзя было копать. Между тем от Шах-Назарова мы знали, что вещи там», - пишет Александр из Риги в Париж.
  В этот день найти ничего не удалось. «Кстати, - пишет далее Александр, - на даче у Отто Бауэра много нашего серебра. Я сам пил домашнее вино из кувшина с козлиной головой, в каждой комнате много разных ковшей и т.д.».
  По дороге адвокат бауэровских детей г-н Кавас рассказал, что в числе спортного имущества Бауэра имеется одна жемчужная нитка. «Ювелир, который оценивал для суда вещи, отказался её оценивать, говоря, что ничего подобного никогда не видел – столь она крупна и хороша, подозревает, что японская. Но когда ему сказали, что от нас, поверил, что настоящая , но оценить отказался».
  Об этой жемчужной нитке писала в своё время Надежда Матвеевна Санфанд, супруга Бауэра, после её развода с Отто Оттовичем. Она сообщала в Париж Евгению Фаберже, что её муж утаил от фирмы бриллианты, которые во время переезда их в Латвию из Советской России в 1923 году были запрятаны в каблуках её и Отто обуви. Отто перевёз нелегально ещё и жемчуг, и много других ценных вещей, в результате чего и стала возможной покупка имения Мудупи в районе Туккумса.
  1 апреля того же 1937 года Александр Фаберже оять выехал в имение Мудкпи раскапывать сокровища. Заказаны были 5 гробокопателей в соседних деревнях. Это обстоятельство, естественно, стало известно затем всей олкруге, и место раскопки стало легентарным на долгие десятилетия.Ведь в провинции так мало чудес, а у копателей не брали подписки о неразглашении. В результате, ещё в 1960-е годы пионерам на экскурсиях по родному краю показывали и усадьбу Мудупи: «А вот посмотрите на усадьбу придворного ювелира Фаберже. Здесь закопаны несметные сокровища, но никто их так и не нашёл». Про Бауэра давно забыли, но Фаберже надоглго остался в памяти местных жителей.
  Голубятня, в которой должны были находиться вещи, имела размер 3 х 3 метра. Рыли около пяти часов, вынули около шести кубометров земли. Только одно место казалось более рыхлым, если и копали, то очень давно. Результат и второй поездки был плачевный – ничего не нашли. Очевидно, вещи давно выкопал ещё сам отто Бауэр, и эти вещи, «по слухам, нохадятся у его сестры Элихабет Трой в Виндаве». О том, что вещи выкопаны, Бауэр ничего не сказал ни сыновьям Отто и Ильмару, ни дочерям Веронике и Ливии, ибо они после смерти Отто Оттовичем сами собирались выкапивать, вместе с Сергеем Шах-Назаровым. «Часы, о которых идет речь, - продолжает длее в своём письме Александр Фаберже, - думаю те самые, которые были со мной в Сиаме, на маленьких бегемотиках (рисунок Оскара Мая), впочем, это моё предположение. Боюсь, что до них добираться будет невозможно». Можно сделать вывод, что такого рода часы (из золота?) в природе существовали и ими мог завладеть Бауэр.
  Спорные вещи наследства Бауэра были привезены из волостного суда в Ригу, в Сиротский суд. При опознании вещей на их принадлежность фирме Фаберже Александр обнаружил на изделиях следв земли. Значит, они всё же побывали на голубятне? Но все ли вещи выкопаны?. Может быть, другую часть вещей бухгалтер перепрятал на территории своего имения. Но эта территория – 50 гектаров. Искать непросто…
  Многое мог быть рассказать сотрудник Петербургского отделения фирмы Иван Антонии. 9 апреля Александр Фаберже посетил Антонии в больнице. Оказывается, последние два с половиной года Иавн Антонии тяжело болел. Александр решил не тревожить больного старика, тот начал уже заговариваться. А спросить хотелось о многом. В магазинах Риги, говорили, что в Латвии есть только один человек, у которого есть большая коллекцтя «фантазийных», наиболее ценных вещей Фаберже, и фамилия этого человека – Антонии!.
  Через четыре дня, 13 (1) апреля, раскрыв городскую газету, Александр узнаёт, что Антонии умер.
  15 15 апреля Александр присутствует при оценке спорных вещей в Сиротском суде Риги. «Жемчужная нитка действительно хороша. Но вес её неизвестен, так что и приблизительно её ценность я определить не смог».
  Суд был отложен. Александр уехал в Париж. Вернулся он в Ригу через год. На этот раз он сидел в риге больше двух лет. Последняя открытка из Риги от Александра Фаберже пришла из Риги в апреле 1940 года. Но изучение нансеновского паспорта Александра Фаберже выявила удивительный факт. Последние штампы были из Риги в июне 1940 года, с аббревиатурой латвийского НКВД. Александр Фаберже выехал во Францию уже из Советской России!. Просто какое-то чудо. Ведь Александр не был гражданином Франции, а русских эмигрантов – обладателей нансеновского паспорта чекисты не выпускали.
  В сентябре 1039 года началась Вторая мировая война. Проехать через Германию было непросто. С визой помог всесильный имперский министр Альфред Розенберг, бывший рижский знакомый г-жи Лидии Фаберже-Трейберг.
  Чем закончился суд – неизвестно. В архиве Рижского суда дело не сохранилось. Но стоит отметка о выбытии дела в 1950-х годах. Кому понадобилось изымать дело и где оно сейчас? В архивных описях есть интересная подробность. К исковому делу Элизабет Трой, претендовавшей на имущество брата, есть приписка: «Прилагается жестяная коробочка с надписью по-немецки «Сокровище Элизабет Трой» (пустая)». Известно также, что Александр хотел, но боялся по причине военного времени провозить с собой через Германию в Париж некую «посылку». В переписке 1946 года Александр Фаберже сообщает, что бежавшие из Риги в конце войны из родственница Вера Зиринг с мужем и двумя сыновьями (дочь двоюродного брата Юлия Фёдоровича Николаи, у них Адександр жил во время своего пребывания в Риге) привезли с собой в Германию «посылку». Александр смог выехать из Парижа в Германию и получил свои же ценности. Но, очевидно, стоимосмть этих ценных вещей не имела большого значения для Александра, поскольку в те годы Александр жалуется на систематическое безденежье. Я посетил в Гамбурге в мае 1995 года вдову младшего сына Веры Зиринг. Она ничего не знает.
  Одной из интересных фигур в этой истории предстаёт Надежда Матвеевна санфанд, она же Бауэр, затем Бирзниек, затем уже в 1938 году г-жа Камин. Камин – это московский приятель Александра Фаберже. За него Надежда Санфанд вышла заму в 1938 году и вместе с ним и дочерью Юттой Бирзниек покинула Ригу в декабре 1939 года, вместе с пятьюдесятью тысячами немцев – по договору между Ригой и Берлином. Надежду Санфанд видели сразу после войны в Берлине, в Тиргартене, в американской зоне. Выглядела она очень хорошо. Особенно эффектны были на ней бриллианты. И до Бауэра Надежда Снфанд была короткое время замужем за каким-то князем, в 1914 году в возрасте 18 лет.. Надежда была моложе Отто Бауэра на 18 лет. На её имя Отто Бауэр записал антикварную мебель, которую собирался вывезти в вагоне в Ригу в 1923 году. Но ничего из этого не получилось. Чекисты изъяли музейную мебель, но бриллианты в каблуках Надежды они не нашли. По поводу этой мебели есть соответсвующее архивное дело в архиве Эрмитажа, фонд Госмузейфонда.
  В июле 1994 года я посетил, при любезном содействии рижского ювелира и бизнесмена г-на Евгения Волошинса усадьбу Мудупи. Расположена она в живописных местах. Но дремучих. Если Бауэр хотел запрятать вещи Фаберже именно здесь, то умнее придумать не мог. Новые хозяева усадьбы приватизировали её в начале 1990-х годов, очень милые и доброжелательные Лия и Юрис Миза посетовали на то, что до сих пор нет спасения от кладоискателей. Копали здесь и немцы, после войны копали и КГБ . военные с миноискателями, а сейчас – просто энтузиасты.. В 1992 году приезжала сюда из Германии одна из доченрей отто Оттовичса Бауэра – Ливия. Она 1919 года рождения, ей уже за 70, но выглидит удивительно хорошо. Я почему-то подумал, что Ливия приезжала в Латвию восстанавливать свои права на земельную собственность. Но новые хозяева имения объяснили мне, что ещё в 1939 году вся собственность немецких переселенцев поступила во владение Латвийского национального банка, выплатившего Германии соответствующую компенсацию. Разве что Ливия приезжала взглянуть на места своего детства. «А не интересовалась ли она, где расположена голубятня?» - спросил я нынешних хозяев. «А почему голубятня?» - спросили они меняв ответ. Двоюродный брат первого мужа Ливии, проживающий в Ливии, сообщил мне, что после моей статьи в рижской газете «Диена», где коротко излагалась история бухгалтера и которую этот родственник отослал Ливии в Германию, она обиделась и не хочет встречаться со мной и вступать в перепску. Но я как-то и не подумал в момент написания статьи, что родственники Бауэра могут быть живы. Теперь их найти трудно. Хотя фамилии их известны. Это Вероника, дочь Отто Бауэра (родилась в 1915 году в Петрограде), она носит фамилию Кемпт (Kempt) , ранее была Хофферт (Hoffert).
  Ливия Бауэр была замужем за Гессау (Gessau), теперь носит фамилию Шольц (Scholz). Её первый муж Гуго Гессау пропал в 1945 году.  
  Сын Отто Бауэра, тоже Отто (1921 г.р.) пропал в 1941 году.
  Его младший брат Ильмар (1923 г.р.) долгие годы провёл в советских лагерях, взял фамилию жены и стал Потаповым. Он умер в 1973 году и похоронен вместе с отцом и бабушкой на Лесном кладбище в Риге. Его супруга умерла в марет 1993 года. Об этой истории с усадьбой Мудупи я узнал во время работы в архиве г-жи Татьяны Фаберже в декабре 1992 года. Конечно, мне сразу надо было ехать в Ригу, может быть, я засталбы в живых г-жу Потапову, невестку Отто Бауэра.
  Дочь Вероники Хофферт (Бауэр) Вивиан (1935 г.р.) носит теперь фамилию Ланге. В 1970 году она выехала с семьёй на жительство в Базилию. Это удивительно. Почему в Бразилию? Именно в Бразилии сейчас проживает больше всего членов клана Фаберже. Может быть мать Ютты, Надежда Санфант\д-Бауэр завещала ей рассказать бразильским Фаберже, что за вещи были закопаны на голубятке в усадьбе Мудупи?.  

  И Н Д Е К С имён.

АНТОНИ Иван Михайлович. Заведующий ювелирным отделением магазина в Петербурге. В фирме с 1898 г. по 1918 г..

БАУЭР Отто Отттович (187…-1836). В фирме с 1898 г. Главный бухгалтер Московского отделения, затем в 1914 г. назначен главным бухгалтером в Петрограде, после отъезда в Германию Эмиля Зальцера. Директор Правления Т-ва «К.Фаберже» (Московское отделение, 1916), член ликвидационной комиссии фирмы, работавшей ещё в 1919 году. Выехал на жительство в Латвию в 1923 г., присвоив себе значительную часть капитала фирмы. 
Из письма А.К.Маркетти от 5 апреля 1939 г.: «Бауэр поступил в 1898 г., получал около 100 руб., а затем в 1906 г. назначен главным бухгалтером и получал 200-225 руб. В Москве был под моим начальством. С 1916 г. был назначен директором (Московского отделения – В.С.) и и получал так же, как я, то есть 400 руб., затем 1000 руб. при Керенском и 3000 руб. при большевиках. В 1918 г. при ликвидации Товарищества, излишек товаров в 7 000 000 руб. должен был получить Карл Фаберже. Отто Бауэр был председатель ликвидационной комиссии, ему Карл Фаберже полностью доверял. Я был в Риге около 1928 г. и видел Бауэра, чтобы получить от него ещё невозвращённый товар, но Бауэр заявил, что у него ничего нет. На моё письмо около 1928 г. Бауэр ответил, что все вещи, включая одну жемчужину, один бриллиант в 10 карат, давно проданы, а деньги переданы служащим для их поддержки. В последующем оказалось, что всё это враки (как сообщила мадам Надежда Бауэр-Санфанд Евгению Фаберже». (Архив Татьяны Фаберже).


«БЕЙЛИН и Сын». Фабрика золотых и бриллиантовых вещей в Петербурге (Петрограде), торговый дом. В 1916 году исполняла золотые табакерки и портсигары для московского отделения «К.ФАБЕРЖЕ» (переписка с Александром Фаберже, Государственный исторический архив Санкт-Петербуурга). Для Торгового дома «П.Буре» фирма исполняла бриллиантовые броши «корона» и бриллиантовых орлов, потребных для Кабинет е.и.в. Владелец: БЕЙЛИН-ЛЕВКОВ Абрам Липов-Шоломов (1844 -1922), купец 1- ой гильдии (с 1904). Совладелец: сын Давид, выпускник Рижского политехникума. Адрес в 1892: Садовая ул., 22. С сыновьями Бейлина-Левкова сотрудничала братья Евгений и Александр Фаберже в Париже в 1920-1930-х гг.

ГРЮНБЕРГ (после 1930 г ЗАЛКАлнс) Теддор (Фёдор) Эдуардович. Художник и эмальер Петербургского отделения фирмы в 1901-1903 гг.

КАЗАК Александр Константинович. «Управляющий работами фабрики по части высочайших заказов». В фирме с 1892 г. Управляющий домом фирмы на Морской ул., 24 (1916).
 КЕРЗИН Михаил. Скульптор. Лкпил медаль для медальера Августа Жаккара.

КОРДЕС Эва. Художница-миниатюристка фирмы (сведения Евг.Фаберже, 1931). Закончила ЦУТР бар. Штиглица в 1902. Проходила производственную практику и затем работала на Императорском Фарфоровом заводе.

КРУМИНГ (КРУМИНЬ). «Вся Москва, 1913»: Б.Кисельный, 4. Дом, где размещалась Московская фабрика и квартиры сотрудников фирмы.
КУРЦ Герман Юльевич. Закончил ЦУТР бар. Штиглица. Преподаватель.
ЛИБЕРГ (ЛИБЕРГ-НИБЕРГ) Ян Янович (Иван Иванович) (1862-1933). Закончил в мае 1896 года Центральное училище технического рисования барона Штиглица (ЦУТР). После женитьбы на дочери московского купца Иванова в 1909 году переехал на жительство в Москву, где стал главным художником серебряного отделения Московской фабрики К.ФАБЕРЖЕ. После революции 1917 года – учитель рисования.


МАЛЫШЕВ Георгий (Егор) Иванович (1875-1933). Скульптор Петербургских мастерских. Медальер СПб Монетного двора.

РАУШ-фон-ТРУБЕНБЕРГ Константин Константинович, барон. Скульптор. Неоднократно выполнял модели изделий для Кабинета е.и.в. По этим моделям работали придворные ювелиры.

РИНГЕ Фридрих-Теодор (1824-1894). Мастер золотых дел, владелец мастерской, адрес: Малая Морская, 12. Родом из Риги. После его смерти мастерской владела вдова Анна Карловна Ринге (род.1832). Адрес мастерской в 1903: Мещанская ул.12.

РЕЙМЕР Вильгель-Карл. Родом из Пернау Лифляндской губернии (теперь Пярну, Эстония). «Мастер-владелец мастерской» (по Бирбауму). Адрес: Большая Морская ул., 11. Одна из первых мастерский фирмы в Петербурге.
РУНДАЛЬЦЕВ Михаил Викторович (12871-1935). Сын гравёра. Окончил ИАХ. Академик-гравёр (1907). Похоронен в Париже.

БАХ Роберт Романович (1859-1933). Сын академика-скульптора Романа Ивановича Баха, директора с 1859 г. бронзового и серебряно-литейного завода фирмы «Никольс и Плинке». Окончил Академию художеств (1886), академик (1891), действительный член Академии художеств (1906), профессор скульптуры Академии худождеств (1900-1917). После 1917 г. преподаватель в разных учебных заведениях, в том числе Ленинградского художественно-технического института (1926-1928\0). Для фирмы исполнял модели бюстов императоров, также исполнявшихся в бронзе на фабрике Верфеля и «Братьев Грачёвых».

СКИЛЬТЕР

СТРИХ Лейзер Гиршевич-Мовшевич (Лазарь Григорьевич). Родом из Двинска (тепрь Даугавпилс, Латвия). Окончил ЦУТР бар. Штиглица в 1904. Практика за границей, в Париже. Служба в армии. Художник Петербургского отделения фирмы, чеканщик в 1909-1917 гг.
ТАУБЕ Вольдемар (Владимир) Юльевич. Родом из Риги. Бухгалтер Петербургского отделения фирмы. В марте 1919 г. председатель комитета служащих фирмы (Т-ва) «К.ФАБЕРЖЕ». В период НЭПа возглавил арендное предприятие Невского оптического общества в помешении бывшей фабрики Фаберже в Москве.

ТАУБЕ (мадам). Секретарь в конторе Петербургского отделения. Ведение корреспонденции.

ФИШЕР Донат. Бухгалтер фирмы в Петербурге. Родом из Риги (по Евг.Фаберже).

ЮРИСОН Освальд. Бывший сотрудник мастепской Хольмстрёма. Вывез из Риги в США в 1944 году альбомы с рисунками мастерской Хольмстрёма, в 1980 году продал Кеннету Сноуману. В 1946 году из американской зоны оккупации предлагал через посредников Евгению Фаберже выкупить эти альбомы, на что Евгений отвечал: «А почему мы должны выкупать собственные альбомы?».
ЯКОБС Роберт. Брат Августы Богдановны Фаберже, урожденной Якобс. Сотрудник Петербургского отделения фирмы.


Комментариев нет:

Отправить комментарий