вторник, 10 февраля 2009 г.

Юлия Крутеева.

Интервью коллекционера Юлии Крутеевой корреспонденту журнала ПЛАТИНУМ (Екатеринбург), № 1, 2002, с.26-27.

ВОПРОС. Культовая фигура отечественной истории ювелирного искусства – Карл Фаберже. Сегодня целый ряд ювелиров и ювелирных предприятий пытаются продолжить линию Фаберже. Как бы вы оценили эти попытки в контексте темы «Авангард и Консерватизм»?
ОТВЕТ. При всём уважении к традициям, я должна сказать: это тупиковое направление. Фаберже жил сто лет назад. Сегодня, в третьем тысячелетии, просто смешно делать то же самое, что делалось в веке девятнадцатом. Стиль Фаберже или то, что мы сегодня называем императорским стилем – своеобразное продолжение стиля Ампир. Строгие античные линии, драпировка, лавровый венок. Символы власти. Но хронологически эпоха Фаберже – это появление и расцвет Модерна. Буйство фантазии, виртуозное движение тонких линий, сложность и простота – стиль, оставшийся непревзойдённым и неповторимым. Великого придворного ювелира это не коснулось. Русские лубочные темы – мужики в лаптях, бабы в сарафанах и косынках, а также непременные символы самодержавия, античные колонны и венки занимали его гораздо больше. Уже тогда Фаберже отказался от движения в пользу госзаказа. И, собственно, остался великим только в нашей стране, где одно самодержавие сменяет другое и по сей день. Сегодня этот придворный стиль правильно назвать не «Имперским», а «Правительственным». Но вообще, любое творчество имеет право на существование. У всякого своё понимание ювелирного искусства, и, наверное не имеет смысла соревноваться в том, чьё направление лучше. Вопрос в другом. Сколько сил, творческой созидательной динамики вложено в изделие. Каков энергетический посыл автора, каков смысл вещи – всего лишь тщательность обработки или некоторое раскрытие творческих сил, откровение, волшебное слово, которое превращает зрителя в соучастника творческого процесса.

ВОПРОС. Ювелирное искусство во многом продолжает эксплуатировать художественные программы двадцатого и даже девятнадцатого века.
КОММЕНТАРИЙ.
  Краткие тезисы Юлии Крутеевой, претендующие на эстетическую программу, с которой хотелось бы поспорить:
1. «Фаберже – это тупиковое направление»
2. «Фаберже – это имперский стиль»
3. «Фаберже отказался от движения и поиска в пользу госзаказа»
4. «Фаберже остался великим только в нашей стране»
5. «В нашей стране одно самодержавие сменяет другое и по сей день»

  Фаберже не может быть тупиковым направление. Тупиковым может быть только жёсткое копирование и опошление Фаберже, превращение стиля Фаберже в кич. Фаберже – это историзм, который не может быть тупиковым по определению Цикличность историзма, востребованность историзма, «мода на историзм, как прерывистый обычай»
  «Фаберже – это имперский стиль» (Ю.Крутеева). Типично западный подход. Это мы слышали от г-на Гёзы фон Габсбурга: «Фаберже – ювелир царей». «Король ювелиров – ювелир королей». На самом деле. Вкус последней императрицы Александры Фёдоровны был мещанский. Фаберже формировал вкус, эстетизировал его. Стиль «Ампир» для Фаберже – это частный случай, одно из направлений крупнейшего многопрофильного предприятия. Главный мастер фирмы Франц Бирбаум критически отзывался о стиле «ампир», отмечая «присущую этому стилю сухость, строгие линии меандр и волют не допускали применения рельефов, бриллианты, находящиеся на одной плоскости, теряли часть своей игры, уничтожая друг друга своим блеском»Всего в 1885 по 1917 гг. для Кабинета его величества фирма исполнила 5 000 вещей из 180 000 общего числа предметов. Бирбаум указывал, что с некоторых пор получение госзаказа стало предметом искательства, поэтому фирма с удовольствием перешла на обслуживание крупной буржуазии, «новых Лопахиных».
  «Фаберже отказался от поиска в пользу госзаказа» (Ю. Крутеева). Нет ничего более абсурдного. Госзаказ – вовсе не визитная карточка Фаберже. Даже выполнение императорских пасхальных яиц – это воплощение творчсской воли Карла Фаберже. «Ваше Величество будет довольно», - отвечал он на вопросы царя о предстоящем пасхальном сюрпризе.
  Фаберже был всё время в творческом поиске. В 1946 году Евгений Фаберже пишет Фёдору Агафоновичу, своему племяннику: «Видел я в витрине портсигары фирмы «Данхилл» с оригинальными встроенными зажигалками. Жаль, что это не мы придумали. Мы всё время придумывали что-то новое, чего не было у конкурентов».
  Заслуга Фаберже в возрождении русской школы эмали, хотя ещё в 1890-х гг. фирма посылала эмалевые работы в Европу. Ужен после выставки 1897 года в Стокгольме в Петербург едут учиться скандинавские эмальеры. Фрацузский эмальер Филлатр говорит Александру Карловичу Фаберже: «Помилуй Бог, чему Вы хотите у меня научиться. Вы всё умеете и можете». Некоторые эмалевые технологии непостижимы или чрезвычайно затруднительны до сих пор.
  У Фаберже шла непрерывная ротация художественных кадров. Принцип Вильяма Морриса – «студия-мастерская». Система работы Московского отделения фирмы: художники (6 человек) рисуют по желанию клиента любой дизайн или в качестве консультантов предлагают из имеющегося выбора. Принцип индивидуализации. Отличительная черта – неповторимость ассортимента. Очень часто – по желанию заказчика. «Король не должен иметь копий» - кредо Эдуарда VII. Разработка новых орнаментов. Так, для сиамского короля фирма открыла новое направление. Выяснилось, что сиамский орнамент, это вовсе не китайский или индийский, а своеобразный, «индокитайский». Специалистом по сиамскому орнаменту в фирме стал художник Евгений Якобсон. Были выписаны книги и альбомы по китайскому искусству. 
  Фаберже «купался» в стилях, чувствовал себя родным в любом стиле. Про его заведующего международным отделом Пала Бломериуса, биограф фирмы пишет «Бломериус полиглот. Он говорит на шести языках и заказчики разных национальностей принимают его за своего». То же самое можно сказать и про Фаберже. Он с заказчиками разных наций говорил на родном для клиента стилевом языке.
  «Фаберже остался великим только в нашей стране» (Ю. Крутеева). Это совершенно не так. Фаберже до сих пор более известен на Западе, чем в России. Первая выстьавка Фаберже в СССР состоялась только в 1989 году, в БСЭ второго и третьего выпуска его фамилии нет. Нет его фамилии и в «Истории русского искусства», выпущенной в 1960 году. Слава Фаберже пришла в Россию с Запада. У нас он, в силу идеологических причин замалчивался, был под запретом. Книги и каталоги Фаберже вышли их спецхранов библиотек только летом 1988 года.
  Фаберже рано стал «аукционным», уже в 1927 году, через 10 лет после Октября, когда после смерти ювелира прошло только семь лет. Существует целое направление аукционной торговли, которое в каталогах «Кристи» и «Сотбис» называется коротко – «Фаберже». Ни одна другая фирма мира не удостоилась такой чести, хотя Картье, к примеру существует с 1847 года (Фаберже, с 1842 г.). Нет «Лалика» как аукционного направления, при всей востребованности модерна. Проводятся многочисленные выставки. Библиография о Фаберже к 1992 году составляла 1800 наименований, а сейчас втрое больше. Посмотрите на слово «Фаберже» в Интернете и Вы убедитесь в неисчерпаемости идей Фаберже.
  «В нашей стране одно самодержавие сменяет другое и по сей день» (Ю.Крутеева).
  Не ювелиру говорить о политике, но поскольку речь идёт о Фаберже, то попробуем проследить, как относилась власть к Фаберже в СССР и в новой России. Власть большевиков – это диктатура пролетариата. Диктатура отменила ювелирное искусство и ювелирную промышленность как классово чуждые направления. Бедным человеком легче управлять, поэтому не допускалось накопление любых богатств. Главное отличие, как говорил Карл Макс, в «праве на частную собственность». Можно говорить о самодержавии Сталина, волюнтаризме Хрущева, эпохи Брежнева, своенравии Ельцина, попытках создания культа Путина, но не отменить того факта, что возрождение частных ювелирных предприятий началось не далее, чем пятнадцать лет назад. «Правительственного стиля» не существует, но есть государство «Россия», и  
Это государство стремится иметь свои государственные символы, в том числе и в государственных подарках. Например, недавно, одному высокому зарубежному гостю были от лица российского государства подарены изделия кубачинских мастеров. При всём уважении к искусству незаурядных кубачинских мастеров, являются ли их изделия – лицом России. На самом деле, вопрос решался достаточно просто. Под руками не было выбора достойных российских дипломатических подарков с государственной символикой. До революции – это были вещи фирм, Сазикова, Хлебникова, Овчинникова, Фаберже, Болина. Правительство в 1897 году запретило передачу нефритовых месторождений в частные руки, что не увеличивалось производство нефрита, поскольку «на Западе нефритовые вещи из Кабинета царя ассоциировались с императорскими подарками». Запрещено, было, к примеру, частным фирмам изготовление часов с государственным гербом. Это были только кабинетские подарки.
 
  Общие рассуждения.
  Электрон также неисчерпаем, как атом (это ещё Ленин сказал). Фабрже также неисчерпаем, как неисчерпаем модерн. Если Фаберже – это тупик, то надо признать, что этот тупик необозрим в ближайшей исторической перспективе, а похоже, и вовсе бесконечен. Границы его за горизонтом. «Бесконечный тупик Фаберже»
  Сам Карл Фаберже, был любителем парадоксов. Когда в 1910 году, корреспндент (женщина) французского журнала. Спросила его, какая будет мода на ювелирные вещи в наступающем сезоне, Карл Густавович, не задумываясь ответил: « В ближайшем сезоне в моде будет фацетированный жемчуг т бриллианты, огранённые кабошоном». Предоставим ювелирам оценить шутку мэтра. Француженка была в восторге. В другой раз, на Пасху, Карл Густавович обещал исполнить «квадратные пасхальные яйца».
  Не надо противопоставлять Фаберже авангарду. В копилке творческих идей Фаберже авангарда предостаточно. В конце концов, как говорят китайцы: «пусть распускаются сто цветов». Кстати, сама Юлия Крутеева, признаёт правомерность существование нескольких стилей. Пусть они существуют равноправно. Пока изделия Фаберже пользуются высочайшим спросом, о них мечтают музеи и коллекционеры. Наш спор о достоинставах стилей можно было бы закончить фразой: «Встретимся у кассы!», хотя это односторолнний стоимостной подход. Какой-то авангард прдаётся также дорого. Время покажет, И ещё очень права Юлия Крутеева, что «авангард произрастает на классике». Не совсем точно, ведь классикак не только почва, но и направление, существующее постоянно, как существует ещё и направление «фолк» (народное). Когда-то и Дю Барри и Лалик были вызывающими авангардом. Теперь = ээто коассика. Авангард существовал всегда. Недаром, одна из выставок несколько лет назад в Русском музее называлась «1000 лет русского авангарда». Довольно точное название. Авангард существовал всегда и в иконописи. Но это уже темы из истории искусств.
  Происходит подмена понятий. Модерн называется авангардом. Модерн, он же «ар нуво», он же «югендстиль» противопоставляются имперскому стилю Фаберже, причём последний объявляется тупиковым. Франц Бирбаум , по поводу модерна шговорил следующее: Даже Николай II в отличие от своей супруги, не принмал модерн. Пишет в дневнике: «Поеду на выставку поганого нового стиля». 1903 год, выставка «Современного искусства» в залах Императорского Общества поощрения худоржеств, где царь всё же прикупил «немного Лалика».
  К сожалению, как пишет Бирбаум, на рубеже веков русское декоративное искусство переживало период небывалого упадка: «Господствовал так называемый петушиный стиль с его плоской разнообразной орнаментацией». «Появивившись в конце XIX века стиль «модерн» не получил широкого распространения.
  «Долгое время, продолжает далее Бирбаум в своих записках, - главными клиентами фирмы были члены императорского дома и придворные круги. Лишь в 90-х годах прошлого столетия к ним присоединилась финансовая и коммерческая аристократия. Одна черта оставалась до самого последнего времени общая всей клиентуре, это слепое преклонение перед всем заграничным. (….) Исключение был Александр III, который из принципа предпочитал и поощрял всё русское» (…) Николай II не отличался особо развитым вкусом, но и не претендовал на него. Не такова была его супруга Александра Фёдоровна. Обладая убогими художественными понятиями, да ещё отличаясь

1 комментарий:

  1. Весьма убедительная отповедб, Валентин Васильевич! С Вами трудно спорить...

    ОтветитьУдалить