четверг, 29 декабря 2016 г.

Письмо Генри Чальза Бэйнбриджа Евгению Фаберже в 1934 г. – АРХИВ ТАТЬЯНЫ ФАБЕРЖЕ. Перевод Ирины Климовицкой< публикация Татьяны Фаберже и Валентина Скурлова.


68, Хай-стрит

Хэмпстед

Лондон

20 марта 1934

Дорогой Евгений,

В дополнение к моему предыдущему письму, я надеюсь, что Вы благополучно получили каталог. Скоро в «Коноссере» будут напечатаны две мои статьи, они будут способствовать повышению цен на предметы Фаберже. Редактор сказал мне вчера, что это непременно произойдет. Репродукции, которые они сделали, очень высокого качества. Вы останетесь довольны, когда увидите их в журнале, который я пришлю Вам.

Королева дала мне разрешение воспроизвести с указанием ее именем одно из императорских яиц, которое она приобрела недавно. Если у Вас имеются какие-то вещи, которые Вы хотели бы продать, после выхода первой статьи в «Коноссере» момент для этого будет самый благоприятный. Если Вам угодно будет сообщить мне, какими вещами Вы располагаете, я смогу подсказать Вам наилучший способ распорядиться ими. Лондон – это рынок.

Жду Ваших писем, остаюсь

искренне Ваш

Бейнбридж

Примечания переводчика:

Валентин Васильевич,
из этого письма становится понятен характер отношений между Бейнбриджем и Евгением. Бейнбридж выступал не просто как популяризатор, который делал себе имя на Фаберже. Он по сути делал заново имя забытому к тому времени Фаберже, чем способствовал повышению цен. Т.е. он выполнял роль рекламного агента и промоутера. Поэтому Евгений охотно предоставлял ему сведения и отвечал на все вопросы. Это служило к взаимной выгоде. Кроме того, Бейнбридж был вхож в круги, близкие к королеве, и обещал свести Евгения
 с клиентами из Лондона.

Хххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххх

Письмо Евгения Фаберже Генри Чарльзу Бэнбриджу, Архив Татьяны  Фаберже. 1934 г.

27 июня 1934

Дорогой Бэйнбридж,

Отвечая на Ваше письмо, которое получил сегодня, хочу сообщить, что яйцо «Красный Крест» было не последним, которое мы сделали. Было еще одно, которое также из соображений экономии, вызванной войной, отец решил исполнить из черненой стали, из золота были только инициалы АФ, а внутри – орел, тоже стальной, который держит миниатюру (квадратной формы), на ней изображены царь с цесаревичем, которые беседуют с генералами штаба на фронте, написал ее Зуев. К сожалению, я не помню, что из себя представляло параллельное яйцо, которое предназначалось для Марии Федоровны. Описанное же выше яйцо от имени царя и по особому распоряжению, переданному по телеграфу с фронта, я лично вручил императрице Александре, окруженной своими пятью детьми, в канун Пасхи в то время, как мой отец с той же целью выехал к императрице Марии.

Я спрошу у Франца Петровича Бирбаума, который живет в Швейцарии, может быть, он помнит это второе яйцо. Мы, как обычно, исполнили яйца и в 1917 году, но разразилась революция, и новый комиссар Двора – какой идиот - не разрешил нам передать их, поскольку царь с семьей рассматривались как заключенные Временного правительства, и, следовательно, к ним никого не допускали.

Что касается фотографий, то я думаю, Вы можете их опубликовать, только полагаю правильным указать имя фотографа, коль скоро оно значится на обороте. У меня мало опыта в этих делах, посоветуйтесь с Вашим редактором.

Забыл в прошлом письме упомянуть, что мы не можем расшифровать инициалы R.А., только это точно не Афанасьев, у него были русские инициалы. И еще я ошибся насчет Ringe. Я неожиданно вспомнил, что его звали Theodor, соответственно он подписывался T.R, а не А. R.

Не могу никак вспомнить крещеное имя Нюкканена. R.А. ? Не ошибаетесь ли Вы? Может быть, Я. R.? Еще может быть Ялмар Армфельдт (Hjalmar по-шведски). Никто из нас не помнит, чтобы Тилеман делал фантазийные вещи. Но я спрошу Бирбаума – может, он помнит, и тогда сообщу Вам.

Искренне Ваш

PS

Сделал по памяти эскиз последнего яйца. Оно, насколько я помню, установлено на квадратной нефритовой подставке, укрепленной на 4 шрапнелях. Кажется, был еще рубин в медальоне. Это самое простое и наименее красивое из всех яиц. Причина - желание избавить царя от расходов. В нем не использовались драгоценные камни за исключением рубина, да и насчет его я тоже не вполне уверен.

Ххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххх

Письмо Евгения Фаберже Генри Чарльзу Бэнбриджу, Архив Татьяны  Фаберже. 1934 г., возможно,  июнь.  

 

Дорогой Бэйнбридж!

Просто не верится, как быстро летит время. С удивлением констатировал, что прошло уже три месяца с тех пор, как я получил Ваше письмо от 10 марта. Приношу извинения за то, что не ответил раньше. Вы спрашивает про последнее императорское яйцо. Я не очень хорошо его помню. Мне кажется, оно было сделано из карельской березы. Я напишу Францу Бирбауму, он наверняка помнит.

Очень жаль, но у меня нет других фотографий яиц. Ваша коллекция, большая часть которой опубликована в «Конносере», много богаче, чем моя.

Как Вам, конечно, известно, сегодня открывается большая выставка русского искусства, на которой будет целый раздел «старых» работ Фаберже. Было бы очень интересно, если бы Вы рассказали людям какие-то подробности про фирму. Конечно, Вы можете упомянуть, что двое из трех сыновей держат в Париже офис, вместе с доктором Маркетти, старым сотрудником и управляющим Московского отделения, и доктором Джулио Гверьери, который хорошо известен выходцам из Москвы, поскольку был там совладельцем фирмы «Лорие». Сейчас мы начали выполнять заказы (раньше отказывались), и было бы неплохо, если бы кто-то из наших старых клиентов обратился к нам с этой целью.

Леди де Грей. Я полагаю, что она уехала в St.Fog, Вы должны были ее встретить. Передайте мои наилучшие пожелания всем, кто меня вспомнит. Вы должны также встретить на выставке г-на Александра Половцова, которому была доверена ее организация. Он  серьезный коллекционер и держит антикварный магазин в Париже.

Как подвигается Ваша работа? Может быть, заслуживает упоминания в качестве «оригинальных» заказов, исполненных Фаберже, питьевой кубок из чистого золота, который был заказан для итальянской красавицы и певицы Лины Кавальери, для оперы «Травиата», ее поклонником. Этим поклонником был великий князь Алексей Александрович, но, мне кажется, его имени лучше не называть. Стоил кубок около 1000 рублей золотом. К сожалению, память у меня сейчас не так свежа, и я просто не помню многих интересных изделий, ведь столько лет прошло с тех пор. Но я поспрашиваю, как делал уже не раз, Антона Гурье, Бирбаума, Мая, дизайнера, который живет в Берлине. Это те, чьи адреса я знаю и кто живет в Европе. Затем отпишусь Вам.

Как Ваше здоровье? У нас бизнес идет вяло, зато на здоровье не жалуемся.

С наилучшими пожеланиями,

искренне Ваш

PS

В «Конносере» Вы пишите про Агафона. Да, конечно, он был отличный бизнесмен и хороший администратор, а также первоклассный знаток драгоценных камней. Но следует отметить, что дизайнов он создал не так уж много, в отличие от меня и Александра, мы придумали множество дизайнов и идей.

Комментариев нет:

Отправить комментарий