четверг, 15 сентября 2011 г.

ЮБИЛЕЙНЫЙ РУБЛЬ, МЕДАЛЬНОЕ ИКУССТВО И МОНЕТНЫЙ ДВОР


Неудачные юбилейные знаки и рубли подняли вопрос о медальерном ис­кусстве и о Монетном дворе, главном, как говорят, виновнике неудачи. Полеми­ка в «Новом времени" обнаружила два противоположных течения. Один из оппонентов, г. Магупя, желает сделать медальерное искусство достоянием Каж­дого скульптора, уверяя, что достаточно лепной модели — остальное сделает машина. С другой стороны, академик Басютинский отстаивает медальерное дело как самостоятельное искусство, требующее полного знании как скульпту­ры, так и резьбы по стали («Новое время», 8 апреля).
Как всегда, при двух крайних мнениях истина находится посередине. Депо в том, что редукционные машины произвели переворот в медальерном деле, почти что совершенно упразднив работу гравера непосредственно по стали на матрице. Работа эта (граверно-чеканная) производится теперь исключительно над бронзовой или чугунной отливкой (с модели скульптора) прежде поступле­ния ее под штифт редукционной машины. Работа эта значительно разнится от прежней работы гравера, который должен был резать на куске стали изобра­жение чрезвычайно малой величины. Разница эта заключается в том, что, во-пер­вых, граверно-чеканная работа производится над почти оконченными изображе­ниям, во-вторых, в сравнительно большом масштабе, а в-третьих, по бронзе — металлу, легче поддающемуся обработке, чем сталь. Если восковая модель скульп­тора хорошо исполнена, то работа гравера сводится лишь к тому, чтобы, имея перед собою эту модель, исправить недостатки отливки. Работа эта по художественным  познаниям, которые она требует, очень схожа с процессом высекания из мрамора по модели скульптора. Другой вопрос — условия чеканки, пределы рельефа и другие технические требования. С этими условиями должен считать­ся скульптор, если он намерен работать для медальерного дела.
На возражение, что машины репродукции часто требуют поправок, можно сказать, что хорошая и правильно установленная машина механически дает репродукции вполне точные, и что всякое исправление на матрице или на штампе есть уже недостаток, так как оно никогда не гармонирует с характером остальной работы.
Далее г. Васютинский оплакивает отсутствие медальерного класса в Акаде­мии художеств; не входя в подробный разбор вопроса, нахожу более желатель­ным учреждение школы граверов-чеканщиков при Монетном дворе. Это было бы и ближе к делу, и в большем согласии с современными условиями медальер­ного искусства.
Что касается обвинения иностранца в том, что он приехал, почуяв наживу, то оно по крайней мере смешное. Во-первых, иностранец, про которого оно говорит, живет и работает в России более четверти века (очевидно, этот иностранец — А. Жаккар. — Ред.-сост.), во-вторых, кто мешает нашим славным медальерам завести себе такие машины и работать не хуже этого иностранца и идти наравне с современным медальерным искусством, а не ковырять медали по старому шаблону.
Кончая настоящую заметку, вернемся еще раз к тому произведению Монет­ного двора, из-за которого поднялся разбираемый вопрос. В юбилейном рубле главный недостаток его — рисунок: распределение портретов неудачно как в декоративном, так и в скульптурном отношении, и никакой медальер, никакой скульптор из такой композиции не может ничего лучшего выработать.
Работы нашего Монетного двора не только слабее современных загранич­ных, но стали хуже прежних его работ времен Екатерины II, Александра I и Николая I. Причина этому — отсутствие художественных стремлений в самом управлении Монетного двора и тот малый интерес, с которым относится у нас публика к медальерному искусству.
                                                  «Ювелир». 1913. № 5. С.-Петербург. С. 4—6

Комментариев нет:

Отправить комментарий