понедельник, 11 декабря 2017 г.

         У меня есть фотография, которая мне очень дорога. На ней мальчик и двое взрослых солидного вида мужчин разглядывают расставленную перед ними на столе коллекцию камнерезных фигурок. Это фото сделано у меня дома, в Новосибирске в августе 2010 года. Мальчик с тех пор повзрослел и очень изменился, чего нельзя сказать о другом человеке с фотографии, его деде, Валентине Васильевиче Скурлове. Так произошло мое личное знакомство с этим замечательным человеком. А познакомил нас третий из присутствовавших за столом, мой старший товарищ и очень близкий друг, выдающийся ювелир, Виктор Константинович Павлов.
         Я и до этого много слышал о Валентине Васильевиче. Видел его книги, читал статьи. Знал его как ведущего эксперта по творческому наследию Фаберже и непререкаемого авторитета в области истории ювелирного и декоративно-прикладного искусства. Но чтобы он сам, лично, ко мне домой… Такого я себе представить не мог.
         Мы потом довольно много общались и разговаривали. Хотя, вернее, я предпочитал молчать и слушать. Таких людей надо как можно больше слушать и впитывать все, что они говорят. Это весьма полезно во всех смыслах. Валентин Васильевич буквально поразил мое воображение своим потрясающе широким кругозором, объемом и энциклопедичностью сведений, которыми он располагает, особенно, во всем, что касается истории Фаберже. При этом он обладает математически точной памятью, умеет замечать и четко фиксировать, казалось бы, самые мелкие и незначительные подробности и детали. Я к тому времени уже вряд ли был начинающим мастером-камнерезом, но сомнения у меня были. Были сомнения в своих возможностях, способностях, правильности выбранного пути. И именно тогда советы и консультации Валентина Васильевича оказались для меня просто бесценными.
         Через некоторое время встал вопрос о приобретении коллекции моих работ Новосибирским Государственным Художественным музеем. Валентин Васильевич давал экспертную оценку представленной коллекции, и его мнение оказалось решающим не только для руководства музея, но и для губернатора Новосибирской области.
         А потом, в январе 2013 года Валентин Васильевич в присутствии моих коллег вручил мне знак Ордена Денисова-Уральского. Награда Фонда Фаберже по представлению и из рук самого Скурлова!  Более высокой формы признания профессиональной деятельности я себе не представляю.
         В наше время имя Фаберже стало нарицательным. Все, с чем оно ассоциируется, перечислить просто невозможно. На самом деле это громадный пласт в истории российской культуры и в своем роде уникальное явление в мировом ювелирном, камнерезном, да и в целом, декоративно-прикладном искусстве. И дело тут не в том, что Карл Фаберже был поставщиком императорского двора, и работы его мастеров стоят баснословно дорого на мировых аукционах. Дело в созданных им традициях. При всем стилистическом разнообразии изделий его предприятий у них есть одна общая объединяющая их черта – утонченная изысканность дизайна и безукоризненное, виртуозное исполнение. По моему мнению, Фаберже и его мастера намного опередили свое время, создав в своем роде высочайшие стандарты и задав практически недостижимо высокую планку для многих последующих поколений мастеров и художников. Можно создать вещь роскошнее и дороже, но лучше, чем шедевр Фаберже – это вряд ли.
         Мне как-то раз довелось услышать высказывание одного, к слову сказать, очень талантливого художника, следующего содержания: «Теперь двадцать первый век, летаем в космос, есть ядерное оружие и интернет. Зачем и кому вообще нужен Фаберже?» Это в корне неверное мнение, узкий и ограниченный взгляд на вещи. Именно следование традициям мастеров Фаберже и может привести художника, да и не только, к вершинам в его профессиональной деятельности. Фаберже и в наше время востребован и очень нужен. Нужен тем, кому дороги история и наследие российской культуры, тем, кто чтит Суворова, Кутузова, Пушкина и Толстого, кому не безразличны прошлое и достижения своего народа и своей державы.
         Вклад Валентина Васильевича Скурлова в популяризацию творческого наследия Фаберже огромен. Его просто невозможно переоценить. Валентин Васильевич – величайший знаток, можно сказать, фанатик своего дела, которому он полностью предан. Так и напрашивается расхожая фраза о представителе старой академической школы, но это не то. По-моему он редкий представитель настоящей школы. И дело его именно настоящее. И сам Валентин Васильевич полностью настоящий. Потому, что делает окружающий мир лучше. Такого, как он, встретить в жизни можно только раз. И это редкая удача. Я очень рад тому, что мне она выпала.
         Недавно, в феврале 2017 года, мне довелось побывать в Санкт-Петербурге. Это не лучшие времена для ювелиров и камнерезов. Эпоха блаженных и сытых нулевых безвозвратно ушла. Валентин Васильевич очень тепло принял меня и, как всегда, помог мне своим советом и своей рекомендацией. И дело, несколько лет безнадежно стоявшее в мертвой точке, пошло. Да еще как! Выходит, и опять слово Скурлова, его профессионализм, оказались решающими.
         Мне нравится приезжать в Питер. Я люблю этот город. Правда. Подозреваю, что здесь осталось навсегда мое сердце. Здесь живут и работают самые лучшие мастера и художники. Здесь живут мои любимые дочь и внук. Здесь есть Невский проспект, Зимний дворец и Эрмитаж, Нева с ее мостами и Васильевский остров. Здесь есть история и традиции российской культуры. Здесь есть Фаберже и здесь есть Валентин Васильевич Скурлов.

Дмитрий Мертвецов. Художник – камнерез.  Новосибирск – Санкт-Петербург. Октябрь 2017 г.

Комментариев нет:

Отправить комментарий