воскресенье, 31 декабря 2017 г.

Тюльпакова Ольга Николаевна

Человек, преображающий мир!
Мое знакомство с Валентином Васильевичем Скурловым  проходило довольно оригинально: как бы тремя путями, которые не сразу слились. За моей спиной на профессиональном поприще остались МГУ Географический Факультет, аспирантура, обучение огранки в Екатеринбурге, организация ограночного цеха в Якутске, работа в ювелирных фирмах в Москве. К концу 90-х я уже понимала и владела всеми технологическими особенностями обработки камня, неплохо разбиралась в драгоценных и поделочных камнях, знала многих камнерезов, огранщиков, ювелиров, бизнесменов, коллекционеров со всех регионов России. Наступил момент, когда я из бизнеса и производства ушла в образовательные проекты и научно-публицистическую деятельность, связанную с использованием декоративного камня в России. Сотрудничество с 2000-го года с культурно-просветительскими, ювелирными журналами, выезд по заданию редакций на профильные выставки для написания репортажей и освящения конкурсов сразу погрузила меня в мир современного драгоценного искусства. Я просто на автомате стала скупать все более-менее серьезные книги по ювелирным технологиям, по истории российского ювелирного искусства. Авторы, как ни странно, меня не очень интересовали: мне казалось, что они из какого-то иного мира… Как потом оказалось, те книги, что задержалось на моих полках, были написаны ВВС. Это 1-й путь встречи с ВВС!
На рубеже ХХ и XXI вв. в России было всего 4 авторитетных ювелирных журнала, среди них «Антикварное обозрение» и чуть попроще «Русский ювелир». Многие мои коллеги старались обратить мое внимание на учредителя и эксперта этих журналов – ВВС, но для меня антикварные темы и питерская подача казались излишне помпезными, а их издатели – небожителями. Ну где нам пересекаться?! То ли дело камнерезное, здесь же и ограночное, искусство! Оно мне казалось народным, живым, лучезарным. Отстранение от антикварной темы отдаляло и знакомство с ВВС. Это 2-й путь (или антипуть) встречи с ВВС!
Меня интересовал камень, история и проблемы его использования в России. Странно было и камень есть, и художники есть, а все какое-то UNERGROUND! С упорством архивной крысы я вгрызалась в любой источник информации и все тащила в свою нору- копилку-голову. Я погрузилась в хаос законодательства и факты укоренившегося произвола на местах. В 2006 по заданию редакции «Ювелирное обозрение» я писала аналитический материал по изумрудному рынку, о перипетиях вовлечения уральского камня. Понятно, в этой теме, даже если и надыбил эксклюзивный материал и твои выводы ясны и конкретны, то написать их прямо часто не представляется возможным: охраны же мне никто не предоставит! Вот и мучаешься, выдумываешь эзопов язык! И тут на выставке «Петербургский ювелир» продавалась, только недавно изданная книга «Ювелиры и камнерезы Урала. Сборник мемуаров, статей и архивных документов по истории уральского ювелирного и камнерезного искусства». Я почти плакала от восторга и удивлялась скромной цене: это же настоящий кладезь! Мне таки удалось написать статью: говоря о событиях столетней давности, провести параллели с настоящим. Я была благодарна автору книги. (Это был 3-й пусть встречи с ВВС) Я несколько раз читала имя автора-составителя - В.В.Скурлов, но это имя у меня совершенно не связывалось с двумя первыми ВВС. Воссоединение их произошло позже. Но к 3-ему ВВС я испытывала необыкновенную симпатию, доверие, и желание познакомиться.
И, конечно, выставка «Петербургский ювелир» в Манеже, где на международный конкурс «Ювелирный Олимп» стекались все эксперты, искусствоведы, коллекционеры России и зарубежья, мне такую возможность предоставила. В 2006 я присутствовала на собрании участников выставки по вопросу создания Союза камнерезов. Надо сказать, питерские художники всегда отличались театральной напыщенностью и страстью подискутировать. И пока они решали, примут ли они в будущий союз янтарщиков, резчиков по мягкому камню, косторезов, мусолили вопрос «где искусство, а где ремесло?», Скурлов простотой изложения фактов констатировал: «Мы (т.е. камнерезы) есть!» И пока все тренировались в словесном многоборье, этот мудрый лис, можно сказать, построил всех в колонну по двое (чтобы продолжали обсуждение) и повел за собой. У него явно был план! Сам мне Валентин Васильевич напоминал воробья – большая голова (по отношению ко всему облику), скромные одеяния и еле сдерживаемая внутренняя энергия, которая его немного трепыхала. Весь его вид был притягателен, интриговал, но рядом с ним находиться было необыкновенно комфортно.
Декабрь 2008 года на традиционной выставке в Манеже (СПб) все участники и гости конкурса «Ювелирный олимп» наблюдали странное, можно сказать «астрономическое» явление»: на награждении победителей ВВС вручил орден Денисова-Уральского Мемориального фонда Фаберже (о котором все присутствующие что-то смутно слышали) камнерезам Антону Ананьеву и Александру Веселовскому, те в свою очередь этим орденом наградили ВВС. Присутствующие на мероприятии одни недоумевали, другие ухмылялись, но все явно ощущали, что являются свидетелями и участниками некого ритуального действа. Это был АКТ ПОСВЯЩЕНИЯ Мемориального фонда Фаберже в мир художников-камнерезов, которому он присягал служить. С этого момента МИР Российского ювелирного и камнерезного искусства раскололся на ПРОШЛОЕ и НАСТОЯЩЕЕ.
Справка: Почётный знак «Орден Алексея Козьмича ДЕНИСОВА-УРАЛЬСКОГО» учрежден в феврале 2008 года в Санкт-Петербурге, в ознаменование заслуг выдающегося русского художника, камнереза, геммолога, предпринимателя и общественного деятеля А. К. Денисова-Уральского (1864-1926), одного из учредителей в 1912 году Общества «Русские самоцветы» в Санкт-Петербурге. (в удостоверении о вручении Ордена внесена формулировка обоснования: «За выдающийся вклад в развитие камнерезного искусства России, сохранение и творческое развитие традиций А.К. Денисова – Уральского». В соответствии со статусом Ордена всем награжденным присвоено звание «Заслуженный деятель камнерезного искусства»)
Прошлое и настоящее отличались положением в социуме и психологическом состоянии самих художников-камнерезов, ювелиров, огранщиков, дизайнеров. В ПРОШЛОМ художник был известен узкому кругу коллег и близких. Это можно сказать был трофей экспертов, искусствоведов, всевозможных посредников и огромного сала околокультурной прослойки, которые железным занавесом стояли между мастером и ценителями изящного искусства, которые могли себе позволить заплатить достойные суммы за шедевр. Сами художники, находясь в изоляции, испытывали неуверенность в себе, своем творчестве, постоянно завидовали друг другу и заискивали перед той самой прослойкой. В НАСТОЯЩЕМ награда позволяла открыто заявить о себе прежде всего для самого себя. ВВС носился по стране отмечая мастеров, причем награждал не по одному, а по нескольку сразу. Это как-то снижало уровень внутреннего напряжения среди самих художников и поднимало в глазах местной культурной элиты. Для художников сразу начинали открываться выставочные залы, уменьшалось давление фискальных органов. Художнику возвращалось право творить, не оборачиваясь в ожидании небрежных высказываний и глупых обвинений. Россию начала заполнять совсем иная творческая среда, полная уважения художников друг к другу и самому себе (это, пожалуй, самое сложное), к своему делу. Художнику из прошлого, похожего на городского сумасшедшего или эпатажного трансвестита, пришел на смену респектабельный, уравновешенный, в общем веселый и приятный в общении человек. Так выглядит любой человек, который занимается любимым делом и при этом успешен. Эти перемены настолько разительны, именно что не другие люди пришли на смену прежним, а сами художники изменились.
Как журналисту, исследователю и преподавателю мне приходится бывать в разных частях страны и везде я наблюдаю эти изменения и везде вижу след деятельности ВВС. Наши пути часто пересекаются, иногда с небольшими временными интервалами. Только я вернулась из Сибая (Башкортостан), вслед получаю фото от Дамира Девятова о прогулках по горам с ВВС; зашла в Музей камнерезного, ювелирного и ограночного искусства в Екатеринбурге, а ВВС здесь торжественно награждает художников; еду из Эстонии в Калининград в музей янтаря, а ВВС уже заседает в президиуме жюри конкурса ювелиров. Я ему звоню, а он мне пишет, что он в Америке, или в Баден-Бадене, или в Женеве, а через день мы встречается на выставке в Москве или в СПб, или по хроникам друзей наблюдаю его в Сибири, или Крыму, или в Украине. Общаясь с ним или через него круг знакомых художников, экспертов, реставраторов, ценителей, галерейщиков постоянно растет. При этом где бы на каком мероприятии не столкнулись с самим ВВС, это всегда презентация новой книги! Нереально!
А что же художники! Они тоже носятся по миру, впитывая в себя новые мотивы, культуры, традиции и все это поет в их работах. Они не кричат о своем успехе, но это и так видно, они строят дома, вокруг них вьются дети и внуки и как ни странно, стремятся продолжить творческую родову. Это ли не успех! Самое важное, что за это короткое время сформировался слой коллекционеров, ориентированных не на антикварное, а на современное камнерезное и ювелирное искусство. Музеи безвозмездно предоставляют залы для экспозиции частных коллекций. Так частная коллекция Максима Арциновича современных камнерезных работ, среди которых и работы Антона Ананьева и Александра Веселовского, экспонируется в Эрмитаже. В Филиале Иркутского областного художественного музея имени В.П. Сукачёва открыта «Особая кладовая», представляющая настоящие сокровища, выполненные современными мастерами Иркутска и СПб. Все они имеют награды Мемориального Фонда Фаберже.
Трудно себе представить, чтобы в СССР художник в рассвете лет, мог созерцать свои работы в музеях и пить своей нежной и ранимой душой волнение и восхищение посетителей! А сейчас это реально! А еще менее 10 лет все было по-другому! Художник занял достойное место среди достойных! Это настоящее возвращение эпохи серебряного века, вместе с возвращением имени Фаберже и возрождения благороднейших традиций.
Какова заслуга в этом ВВС?! Когда человек протягивает другому руку поддержки, мы понимаем, что это добрый человек. А когда он поддерживает сразу несколько сотен? А главное эти люди начинают поддерживать друг друга! И это поле расширяется!
 Человек, меняющий действительность, преображающий ее, кто он? Такими были Иисус Христос, Николай Угодник!
Когда я думаю о ВВС, в памяти возникает забавная картинка: участники конференции в Музее Фаберже 2015года после посещения Петергофа утомленные и довольные не спеша покидают теплоход. И тут я краем глаза цепляю, что ВВС, поспешив выйти раньше всех, бежит по тротуару Адмиралтейской набережной. Думаю, наверное, догоняет кого-то. Но нет, обогнав одних, потом других, исчез из виду. До сих пор жалею, что не сняла это на камеру! Позже я спросила ВВС: «Куда Вы так бежали, будто Вам под 30, а не под 70?»., - «Экспертиза, люди ждали. Должен же я как-то зарабатывать деньги на поездки, исследования, на написание книг!», - «Надо же! А я думала Вы питаетесь Святым Духом!»
Можно конечно определить ВВС простыми словами: профессионал, интеллектуал, патриот, эстет, человек, обладающий незаурядным проектным мышлением, трудоголик, широкой души человек. А по мне так – СВЯТОЙ!

Тюльпакова Ольга Николаевна, писатель, журналист, географ, геммолог, член Творческого объединения художников, президент фонда «Сад камней», г. Дедовск, Московской области.

Комментариев нет:

Отправить комментарий