понедельник, 17 октября 2011 г.

ТОВАРНАЯ И ТОРГОВАЯ МАРКА ФАБЕРЖЕ


В последнее время вновь обострился вопрос о незаконном использовании имени Фаберже недобросовестными фирмами не только на Западе, но уже и в России.
В семейном архиве Татьяны Фаберже имеется много документов, разъяс­няющих позицию членов семьи Фаберже по данной проблеме. В 1984 г. один из внуков Карла Фаберже, профессор Техасского университета в городе Ости­не Александр Александрович Фаберже (родился в 1912 г. в Москве, умер в 1988 г. в Остине), по запросу известного коллекционера Кристофера Форбса так объяснил ситуацию.
Из письма А. А. Фаберже Кристоферу Форбсу:
«В 1922 году два сына Карла — Евгений и Александр (я сын Александра) в партнерстве с Андреа Маркетти и Дж. Гверриери основали скромное предпри­ятие в Париже в доме 23 по улице Солинье Faberge et Со, которое торговало старыми изделиями фирмы, но также занималось изготовлением и проектиро­ванием изделий. Оно закрылось в 1960 году, когда умер последний из членов семьи, работавших там, Евгений Фаберже (1874—1960). Изготовлением изде­лий в Женеве занимался Федор Агафонович Фаберже (1904—1971) и дочь Федора Татьяна.
К сожалению, имя Фаберже никогда не регистрировалось в качестве торговой марки. Эта идея никому не приходила в голову, так как это было семейным делом в течение нескольких поколений и было хорошо известно любому представителю в ювелирном мире. Во всяком случае, законы о торго­вых марках в каждой стране свои и в разное время изменяются.
Самуэль Рубин родился в 1901 году. В 1924—1929 гг. возглавлял Barcolans Product Co. В 1929 году он организовал Испанскую торговую корпорацию — Spanish Trading Corp., которая импортировала мыло и оливковое масло. Еще позднее в 1937 году он основал Faberge Inc. в партнерстве со своим отцом Джулиусом Рубимым. Эта фирма была предшественником современной фирмы Faberge Inc., зарегистрированной в 1944 году.
Рубин использовал имя Фаберже, так как оно ассоциировалось с высоким качеством и роскошью. Предположительно он узнал это имя от Арманда Хаммера, который собрал много изделий Фаберже, когда жил в СССР; такие изделия можно было легко достать через большевистских функционеров в первые годы после революции, они поступали из семей казненных и бежавших из СССР. В то время многие из них были проданы через Галерею Хаммера (Нью-Йорк), которой заведовал Виктор Хаммер, брат Арманда. В фирме Faberge Inc. никогда не работал ни один из членов семьи Фаберже.
О том, что Рубин воспользовался именем Фаберже, стало известно только после окончания Второй мировой войны. Парижские Фаберже пытались при­влечь Рубина к ответственности. Хотя я не имел непосредственного интереса к парижской фирме, все же, будучи сыном одного из партнеров и единственным членом семьи в США, я принял участие в одном из процессов. Он был очень сложным и не принес удовлетворения. Весьма ограниченные средства парижских Фаберже и плохой выбор юрисконсультов повлияли на неудовлетворительные результаты. Рубин щедро тратил деньги, позднее стало ясно, что он применил подкуп. В принципе трудно доказать, что некто из другой отрасли наносит вам вред, используя ваше имя, когда оно не зарегистрировано торговой маркой. Наконец в 1951 году обе стороны подписали соглашение. Парижские Фаберже изъяли иск против Рубина, который уплатил им 25 тыс. долларов (смехотворная сумма), и ему разрешалось использовать имя Фаберже на парфюмерии и галанте­рее. Это соглашение так плохо составлено, что оно практически бесполезно.
Во время этой тяжбы против Рубина я не знал степени его преданности левому делу, хотя я знал о его дружбе с Армандом Хаммером. Можно сказать, что семья Фаберже принимала некоторое участие в борьбе с большевизмом. Мой отец Александр Фаберже принимал некоторое участие в так называемом „офицерском мятеже" в Москве в начале революции, в то время как два сына Агафона Фаберже сражались в белой армии под командованием Юденича.
Таким образом, то, что Рубин создал свое состояние с помощью фамилии Фаберже, особенно досадно».
Комментарии к этой справке. Арманд Хаммер приехал в Москву в 1921 году и поселился в бывшем московском магазине Фаберже на Кузнецком мосту. Тогда же он узнан о вещах Фаберже, которые он активно скупал на толкучих рынках и у антикваров. Помогал ему некий недоучившийся студент Бенедиктов. Своего брата Виктора Арманд заставил учиться искусству. К моменту своего отъезда из СССР (1930 г.) Арманд Хаммер имел коллекцию вещей Фаберже — более 2000 предметов, в том числе почти десяток императорских пасхальных яиц. Для сравнения отметим, что все музеи России едва ли имеют сейчас около тысячи предметов Фаберже. Одна из публикаций в газете «Известия» в 1992 году прямо указывает на то, что Арманд Хаммер выполнял финансовые поруче­ния III Интернационала.
Ценности, реквизированные на даче Агафона Фаберже в Левашове под Петроградом осенью 1919 года, также поступили в фонд III Интернационала, в так называемый Фонд товарища Зиновьева, всемогущего правителя «красного Петрограда» и одновременно в те годы председателя III Интернационала.
Агафон Карлович Фаберже, дед Татьяны Федоровны Фаберже, в 1919— 1921 гг. дважды сидел в тюрьме (полтора года и девять месяцев), в декабре 1927 года бежал вместе с женой и малолетним сыном Олегом (род. 1923) по льду Финского залива в Финляндию. Александр Карлович Фаберже в 1919 году был в Москве инспектором Наркомпроса по охране художественных ценнос­тей, также сидел в тюрьме, откуда был вызволен тяжелобольным женой Ниной Белишевой и переправлен через верных финских друзей («окно» на финской границе) в Финляндию, откуда прибыл в Париж. Старшие дети Агафона Карло­вича: Агафон (1898—1966) и Петр (1901—1970), служившие в армии Юденича, в начале 1920-х годов жили в Швейцарии, откуда переехали в те же годы в Бразилию. У Петра Агафоновича осталось 8 детей (от 1923 до 1942 года рождения). Сейчас они и их дети проживают недалеко от Сан-Пауло, они — небогатые фермеры. Процветает только самый младший — Иоанн, или по-бра­зильски Жоао.
Профессор А. А. Фаберже неоднократно вел дела в судах США против незаконного использования фамилии Фаберже. К сожалению, оставшиеся члены семьи Фаберже не могут успешно вести судебные дела по защите своего имени, так как это требует значительных издержек.
Компания С. Рубина «Фаберже Инк.» вошла в состав крупнейшей транснациональной компании «Юнилевер». Правовой отдел компании «Фаберже Инк.» раздает за плату лицензии на право использования фамилии Фаберже. Этим правом пользуется компания «Франклин Минт» в США, выпускающая вещи из эмали, весьма далекие от стиля Фаберже. На всю Европу право выпуска юве­лирных изделий с клеймом Фаберже купил один предприимчивый германский бизнесмен, который в свою очередь перепродал право на имя камнерезной фирме в Идар-Оберштейне, Германия, «Виктор Майер». Последняя выпускает камнерезные вещи под маркой «Коллекция Фаберже Виктора Майера». «Юнилеверу» подчиняется и парижский магазин «Фаберже», не имеющий также никако­го отношения к подлинным Фаберже. Парижская фирма «Елида Гиббс Фабер­же», специализирующаяся на парфюмерии, продала имя Фаберже одному пе­тербургскому ювелиру, который себя рекламирует «Фаберже от Ананова». Но, как видно, юридические права самой парижской фирмы на марку Фаберже весьма сомнительны (Ананов использовал лицензию 2 года.).
Ювелирным делом в Швейцарии, помимо Федора Агафоновича, занимался его брат Игорь (умер в 1982 году), имевший фирму «Игорь Карл Фаберже-. У Николая Карловича Фаберже (1884—1939), младшего сына Карла Фаберже, был незаконнорожденный сын от секретарши фирмы Дорис Кладиш. В 1969 году кто-то подсказал Тэо Кладишу заглянуть в церковные книги, где в графе «отец» был указан Николай Фаберже, Так 47-летний столяр стал Фаберже. Родилась столярная фирма «Тэо Фаберже», выпускающая в основном деревянные пас­хальные яйца. По общему мнению, это не стиль Фаберже, а его извращение. Тем не менее уже выпущен роскошный альбом о художнике-столяре-ювелире Тэо Фаберже.
Последний пример кражи имени Фаберже — это история создания так называемого Фонда искусства Фаберже, зарегистрированного в феврале 1990 года в Вашингтоне. В составе фонда нет ни одного из настоящих Фаберже, зато входил такой небезызвестный деятель, как г-н Геза фон Габсбург, выпустивший ряд книг о Фаберже. В своей автобиографической книге, вышедшей в Хельсин­ки в конце 1991 года, Олег Агафонович Фаберже отмечал следующее: «Неско­лько лет назад вышла книга, написанная неким Гезой фон Габсбургом, который считает себя „экспертом по Фаберже". В своем стремлении найти для читателя что-нибудь новое, этот самозваный „эксперт" позволил себе, основываясь на распущенных слухах (!), связать имя моего отца с несколькими подделками, которые, согласно автору, увидели свет в Хельсинки. Этот „эксперт" совершен­но не знает, что мой отец никогда не был ремесленником-ювелиром, что он никогда не владел и не руководил какой-либо мастерской в Хельсинки, и что в довершение всего финские профессионалы никогда не участвовали в изготов­лении подделок!
Разумеется, я не мог оставить этого без осуждения. После короткой пере­писки с Гезой фон Габсбургом, в которой он, конечно же, просил извинения, однако в то же время отказывался последовать моему требованию об опровер­жении им самим своих оскорбительных утверждений в нескольких указанных мною журналах по искусству, я взял дело в свои руки. Я послал копии оскорби­тельного текста вместе с копиями короткой переписки в 150 письмах тем, кого это дело могло интересовать: музеям, торговцам антиквариатом, экспертам по искусству, фирмам, проводящим аукционы, журналам по искусству и многим известным индивидуальным коллекционерам Фаберже... Письма привлекли за­служенное внимание».
Сейчас Фонд искусства Фаберже проводит активную деятельность в Пе­тербурге, с тем чтобы получить здание, принадлежавшее Фаберже до револю­ции, — знаменитый «дом Фаберже» на Большой Морской улице, 24. Под прикры­тием так называемого проекта «Золотое яйцо» (которое Олег Фаберже остроум­но назвал «гнилым яйцом») Фонд искусства Фаберже планировал наладить поточное производство копий с изделий Фаберже. На потребителя должен обрушиться вал ремесленных поделок. Этого-то больше всего опасаются на­следники Фаберже. Пройдет всего одно поколение, и люди начнут ассоцииро­вать подделки фонда с подлинными вещами Фаберже. Фаберже будет низведен до уровня кича. Но получить дом для фонда — это получить возможность распоряжаться им, сдавая в субаренду. Мы и глазом не успеем моргнуть, как получим в центре Петербурга конгломерат галошно-бензиново-банановых фирм.
У Татьяны Федоровны Фаберже имеется предсмертное завещание Карла Фаберже, где он оставляет этот дом сыновьям Агафона Фаберже, то есть и отцу Татьяны.
В настоящее время Татьяна Фаберже, активно работавшая со своим отцом-ювелиром в качестве художника-дизайнера, проводит работу по организации в России фирмы собственного имени, продолжающей традиции и сохраняющей дух фирмы Фаберже.

В. В. Скурлов

Комментариев нет:

Отправить комментарий